- Отец до отвращения богат, и хотя они с матерью являются ирландскими католиками, я у них единственная дочь. Денег у меня побольше, чем у вас, так что работать на вас я стану бесплатно. Мне не нужен оклад. В последующие три недели вы не потратите на меня ни цента. Я займусь всей документацией, печатанием на машинке, буду отвечать на телефонные звонки. Могу даже таскать ваш кейс и готовить кофе.
- А я уж испугался, что вы захотите стать моим партнером.
- Нет. Я женщина, и сейчас я на Юге. Я знаю свое место.
- Почему вас так заинтересовало это дело?
- Хочу присутствовать в зале суда. Я люблю уголовные процессы: там острее ощущаешь жизнь, там атмосфера сгущается так, что ее можно резать ножом. Зал битком набит, кругом вооруженная охрана, половина присутствующих ненавидит обвиняемого и его защитника, а вторая половина молит Бога, чтобы вашего клиента оправдали. Вот это мне по нраву. А уж ваш предстоящий процесс - это вершина. Я не южанка, и местный уклад жизни по большей части сбивает меня с толку, но я успела полюбить его какой-то странной любовью. Сама не могу понять, в чем тут дело, просто попала под действие каких-то чар. Расовые предрассудки у вас абсолютно чудовищны. Присутствовать на суде чернокожего отца, который убил двух белых за то, что они изнасиловали его дочь, - да мой отец заявил мне, что взялся бы за такое дело без всякого гонорара.
- Скажите ему, чтобы он оставался у себя в Бостоне.
- Это же мечта любого адвоката! Мне просто хочется там быть. Я не стану вам помехой, обещаю. Только позвольте мне заниматься всякой черновой работой и следить за ходом процесса.
- Наш судья, Нуз, ненавидит женщин-адвокатов.
- Как и всякий судья-мужчина на Юге. А потом, я же не адвокат, я только студентка, изучающая право.
- Это вы ему сами объясните.
- Значит, вы согласны взять меня на работу?
Джейк отвел от нее взгляд и сделал глубокий вдох. Новая волна тошноты, правда, не такая сильная, как первая, поднималась к горлу, молоточки в мозгу возобновили свою дьявольскую работу. Он чувствовал, что скоро опять придется бежать в ванную.
- Да, вы ее получили. Мне и в самом деле понадобится некоторая помощь в работе с бумагами. Подобные дела всегда очень запутаны, что вам, я уверен, и так хорошо известно.
Улыбка ее была милой и располагающей.
- Когда я начну?
- Сейчас.
Познакомив Эллен с расположением комнат в офисе, Джейк отвел ей место в "блиндаже" на втором этаже. Он вручил ей папку с делом Хейли, и Эллен в течение примерно часа занималась выписками из него. Сам же Джейк решил отдохнуть.
Он поднялся с дивана, стоявшего в его кабинете, в половине третьего и направился в расположенную внизу комнату для заседаний. Эллен сняла со стеллажей примерно половину книг и разложила их по всему столу; большинство томов ощетинилось закладками через каждые пятьдесят страниц. С чрезвычайно занятым видом Эллен писала что-то в свой блокнот.
- А у вас неплохая библиотека, - заметила она, не поднимая головы.
- Кое-какие из этих фолиантов не раскрывались лет двадцать.
- Я поняла это по пыли.
- Есть хотите?
- Умираю от голода.
- Тут, за углом, есть небольшое кафе, их фирменное блюдо - жирная свинина и жареные овощи. Мой желудок требует сейчас именно такой пищи.
- Звучит очень аппетитно.
В обход площади они отправились к Клоду, у которого, ввиду того что стояла вторая половина субботы, народу было немного. Среди посетителей они оказались единственными белыми. Сам Клод отсутствовал, и без него в помещении стояла оглушительная тишина. Джейк заказал чизбургер, жареный лук колечками и три порошка от головной боли.
- Голова болит? - спросила у него Эллен.
- Раскалывается.
- Стресс?
- Похмелье.
- Похмелье? А я-то думала, что вы трезвенник.
- Это еще с чего вы взяли?
- "Ньюсуик". В статье говорилось, что вы идеальный семьянин, трудоголик, истый пресвитерианец, не берущий капли в рот и позволяющий себе лишь хорошую сигару. Не помните? Неужели вы могли забыть о таком?
- И вы верите всему, что прочтете в газете или журнале?
- Нет.
- Это хорошо, поскольку прошлым вечером я напился так, что сегодня меня рвало целое утро.
Похоже, признание Джейка ее развеселило.
- И что же вы пили?
- Н-не помню. Не помню, что пил ночью. После окончания колледжа со мной это случилось в первый и, надеюсь, в последний раз. Я успел позабыть, насколько утренние ощущения мучительны.
- Почему все юристы так много пьют?
- Приучаются к этому еще в стенах колледжа. Ваш отец пьет?
- И вы спрашиваете? Да он же католик. Но старается не выходить из рамок.
- А вы?
- Еще бы, постоянно, - с гордостью заявила Эллен.
- Ну, тогда вы наверняка станете великим юристом.
Джейк тщательно размешал свои порошки в стакане ледяной воды и, поморщившись, выпил, утерев губы рукой. Девушка не сводила с него веселого взгляда.
- Что, интересно, скажет ваша жена?
- О чем?
- О похмелье. Такой добропорядочный муж!
- Она ничего не знает. Уехала от меня сегодня утром.
- Извините.
