- С самого начала, Маурик, ты противостоял мирному плану. Я хочу спросить тебя.., может быть, именно твои личные пристрастия заставили тебя представить такое донесение? И поэтому оно необъективно?
Маурик стиснул зубы, удерживая готовое вырваться проклятие. Понятно, чего хочет Церрикс: заставить Маурика выйти из себя и продемонстрировать членам Совета, насколько быстро его противник впадает в ярость и теряет контроль над собой, доказывая свою неспособность к управлению.
- Должно быть, я ослышался, Церрикс. - Маурик скрипнул зубами и с трудом сглотнул. - Только глупец может подозревать меня и оспаривать мою честность, когда правдивость сказанного можно легко проверить. Кроме меня в разведке было еще восемь человек. Они тоже видели сожженные деревни и опустошенные поля. В горных жилищах наших братьев сейчас остались только старики, плачущие женщины и дети без отцов. Все боеспособные силы племен, живущих в долине Северна, истреблены, вырезаны римской армией, предводительствуемой тем человеком, - он сплюнул, - с которым ты хотел заключить мир!
Церрикс посмотрел на плевок - темное пятно на глиняном полу около его правого колена. Как отец, не обращающий внимания на выходки капризного ребенка, он пожал плечами, намеренно не замечая демонстративного жеста.
- Агрикола не начинал первым, - ответ звучал спокойно. Потом, отведя глаза от стоящего перед ним человека, он перевел его на сидящих в круге людей. Если члены Совета почувствуют в нем хоть намек на сомнение или нерешительность, они могут отменить план. Церрикс по очереди посмотрел в глаза каждому, говоря спокойным и уверенным тоном. - К тому же действия римского наместника не были неожиданными. Еще в начале прошлой луны до нас доходили слухи о возможном акте возмездия римлян против тех племен, которые посылали воинов или способствовали атаке на кавалерийский форпост. Агрикола покинул равнины и двинулся в горы, чтобы провести эту операцию. Именно разговоры об этой кампании привели Маурика и его разведывательный отряд в долину Северна полторы недели тому назад...
- Возмездие.., операция.., проведение кампании... - ворчливо произнес один из членов Совета. - Хочу тебя предупредить, Церрикс. Перестань прикрывать поступки агрессоров приятными словами. Они только скрывают действительность подобно ведьме, одетой в золотую мантию. Снаружи все может выглядеть вполне пристойно, но под пышным нарядом по-прежнему кроется уродство.
Старейшины одобрительно загудели. Церрикс понимающе и с уважением кивнул.
- Приношу свои извинения, Берек. Я не собирался маскировать отвратительную месть Рима. И все же должен напомнить - наши братья сами избрали свою судьбу. Своей атакой на кавалерийский лагерь они послали открытый вызов Агриколе. Путь войны - это их собственный выбор.
- А каков наш путь? - спросил кто-то. - Мы должны понять мотивы, толкающие нас на этот путь, тогда мы будем уверены в его правильности. - Седовласый человек напротив Церрикса широко развел руки и оглядел членов Совета. - Может быть, мы в своих решениях руководствуемся трусостью стариков, чьи сердца уже не могут биться с энергией юности? И мы припали к этой надежде, как младенец к материнской груди, потому что так нам спокойнее? Или же мы действительно полагаем, что этот план - единственная надежда на выживание наших людей и на сохранение нашей чести?
- Довольно! - раздался раздраженный голос третьего участника, видно, потерявшего терпение. - Мы уже обсудили это и вынесли решение. Как заявил Церрикс.., и мы знаем из слов самого Агрикольг, что он выступит против тех, кто поднимет знамя восстания. Вопрос в другом - должны ли мы позволить, чтобы эмоции заслонили здравый смысл. Должен ли акт насилия над нашими братьями отвратить нас от заключения мира с Римом?
- Я не согласен. Вопрос в том, благоразумно ли продолжать доверять стремлению Агриколы к этому миру? - Церрикс встал, чувствуя на себе взгляды присутствующих, удивленных его неожиданным ответом. Своими словами он, казалось, поддерживал идею войны. Но ведь он - король и должен вести себя как король. Совет мог предостерегать и советовать, но править мог только он.
- Правильно ли я услышал, Церрикс? - Берек, старейшина, который только что критиковал его, откинул голову и смотрел на него проницательным взглядом. Тридцать лет тому назад Берек был великим воином, и хотя его тело поддалось разрушительному воздействию времени, ум оставался острым, и советы были мудры. Его слова имели в Совете наибольший вес. - Ты сомневаешься? Или ты предлагаешь опередить Агриколу? Если он решит нарушить свое слово и предпримет действия против тех племен, которые не участвовали в мятеже, мы должны ударить первыми?
- Нет. Но не рассмотреть всех возможностей было бы глупо. - Церрикс опять обернулся к Маурику. -Где сейчас войска Агриколы?
В глазах его противника светилось "торжество.
- Мы следовали за ними до форта, который лежит в верховьях устья реки Ди...
- Дэва...
- ..Откуда пришел захваченный патруль, - уточнил голос другого старейшины.
