Нам осталось-то… Это уже третий пятитысячник. Потом отработать «голодовку» и всё, «высотку» прошли. А «технику» я уже отбегала: «лед» по «двенадцатой» группе, а «скалы» — по «четырнадцатой»!
Всё, каша готова:
— Ложки к бою! Витька, морда, куда поперед всех лезешь!
Окрестности Новосибирска, Заимка
Владимир Пчелинцев
— Ну что, товарищи офицеры, прапорщики и прочие инвалиды умственного труда, все в сборе? — полковник кругами ходил по помещению, ожидая пока все рассядутся по местам.
Наконец, кое-как разобрались, и шум начал понемногу стихать.
— Как иначе! — ответил за всех майор Сундуков. — И как юные пионеры — всегда готовы!
— Это хорошо! — довольно сказал Пчелинцев и присел на свое любимое место — на край стола. — Что всегда готовы, и что как юные пионеры. Стержневой вопрос сбора оглашать надо? Или и так каждая собака на сто кэмэ вокруг уже в курсе?
— Собаки, они, может и в курсе, — поправил очки полковник Мезенцев, — но вот не мешало бы услышать официальную точку зрения вышестоящего руководства. А то ведь сразу вспоминается забор с русской народной надписью.
— Слово-то, из Китая пришло! — тут же влез бывший «мент» Дмитровский.
— Да хоть из Монголии!
— Ааатставить! — врезал по столу Пчелинцев. — Вы, что, совсем охренели? Цирк, млять, устраиваете?! Клоуны, да?!
— Никак нет! — Подскочил со стула Дмитровский. — Не клоуны.
— Сомневаюсь, — уже тише, не повышая голоса, ответил полковник. — Давайте, вы потом седыми письками померяетесь, товарищи командиры?
И, не дождавшись ответа ни от кого из спорщиков, продолжил:
— Принято решение о возможной нашей передислокации.
— Куда? — спросил кто-то из задних рядов. Судя по голосу, вроде как кто-то из «молодых».
— Интересный вопрос, — ответил неизвестному Пчелинцев. — И, если между нами говорить, то ответа я на него не знаю.
— Позвольте уточнить о причинах, Владимир Глебович? Лично я причин не вижу совершенно.
— Васильева со списком позвать? — дружелюбно уточнил у Мезенцева комбат. — Или так поверите? Он на складах сейчас, прибежит минут через десять. Если надо, конечно.
Судя по прокатившемуся по помещению сдавленному стону, майора Васильева видеть никто желанием не горел. Особенно, с его списками.
— Так вот, Максим Викторович, если желания слушать сухие цифры, нет ни у Вас, ни у остальных, то я в двух словах все опишу. Даже одним обойдусь. Жопа. Полная.
— А…
— И это, мягко говоря, товарищи командиры! Если быть кратким — жратвы хватит на пяток лет от силы.
— Разрешите, товарищ полковник? — взлетела рука старлея Терентьева.
— Валяйте.
— Так если с продовольствием такие проблемы, то зачем мы распыляемся на охрану всех этих поселков и прочих ферм с хуторами? И так уже, почти двадцать человек погибло. Смысл?
— Да потому что, дорогой мой старший лейтенант, что если мы делать это перестанем, сельские уйдут под Город. Или их вырежут алтайцы. А так, временное подспорье, особенно теплицы. Только есть тут один немаловажный, как говорится, момент. — Пчелинцев замолчал. То ли собираясь с мыслями, то ли горло пересохло… — На сельском хозяйстве мы не вытягиваем все равно. Нас слишком много. А климат, сами знаете, какой нынче…
Все дружно закивали. С климатом, конечно, беда. Тут полковник ни на грамм не преувеличил. В этих местах и до Войны отнюдь не рай был… Разве что, теплицы выручают, но одними овощами сыт не будешь.
— Так что, — кашлянул в кулак полковник, — была выдвинута идея о нашей передислокации. Будем уходить совместно с городскими.
Те из присутствующих, кто был не в курсе переговоров последних двух лет, удивленно переглянулись. Подобное, вроде, и в голову не могло прийти. Без предварительной подготовки, конечно… Слишком уж глобальное дело. Полковник и сам колебался почти два года, надеясь, что вопрос «рассосется сам». Увы, не рассосался… Скорее, обострился.
— Естественно, никто чингисханову орду изображать не будет. Предварительно пойдет разведка. В составе…
Пчелинцев снова прокашлялся, и вытащил из нагрудного кармана замызганный листок бумаги.
— Майор Сундуков, капитан Урусов, лейтенант Соловьев. — Пчелинцев поднял взгляд. — Это — старшие разведгрупп. Товарищ Дмитровский, сядьте, где сидели! Ваше место — на Заимке. И нефиг рыпаться!
— Так точно… — с заметным неудовольствием протянул капитан, но на место сел.
— Ну, так вот, — продолжил полковник, вернув список на место. — Кого назвал — в курсе еще со вчера.
На будущих разведчиков начали оглядываться. Вот же сволочи! Знали, а молчали до последнего. Вот, значит, почему, холодно так стало. Это бобры морозились…
— И, думаю, списки желательного личного состава подготовили?
— Так точно, тарищ Верховный Главнокомандующий!
— Андрей… — поморщился Пчелинцев. — Ты хоть что-то серьезно в этой жизни можешь делать?
— Могу, товарищ полковник! — радостно ответил Урусов. — Детей!..
Таджикистан, Фанские горы
Дмитрий Алябьев
