В этот момент он выходит из моей киски и толкает свой мокрый член в мою задницу. Я визжу сквозь крик, мое тело вопит от этого вторжения. Я все еще кончаю, мое тело содрогается, когда он приподнимает меня еще выше, толкаясь в меня, пока я царапаю его грудь.
— Сайлас,
Последнее слово вырывается долгим стоном, потому что, несмотря на боль, к ней примешивается наслаждение, такое сильное, что я не могу думать, едва могу дышать. Он засовывает два пальца в мою киску, одновременно трахая меня рукой и своим членом, другой рукой запутываясь в волосах у основания моей шеи, чтобы притянуть меня к себе. Со стоном он вонзает свои клыки в мое горло, и все мое тело взрывается. Я кричу и извиваюсь, боль заставляет мой оргазм пронзать все мое тело, мое лицо горит, по спине стекает пот.
Сайлас высвобождается глубоко внутри меня, и я всего лишь потрепанная тряпичная кукла в его руках.
— Ты хоть представляешь, насколько ты совершенна? — Он убирает член, и я дрожу, как в лихорадке. — Ты знаешь, как приятно наполнять тебя спермой? Знать, что ты моя.
Я облизываю губы, кивая.
— Твоя. Я твоя.
— Да, это так.
Я осознаю, что меня несут наверх и укладывают на кровать. Каким-то образом Сайлас нагревает достаточно воды, чтобы помыть нас обоих. Мерцает свет свечей, в окнах вспыхивает молния, а потом я оказываюсь в мягкой постели, и обнаженное тело Сайласа согревает мое, пока я погружаюсь в глубокий сон.
Засыпая, я не могу быть уверена, снятся ли мне эти слова, но я слышу голос Сайласа, теплый и успокаивающий у моего уха.
— Я люблю тебя, ангел.
ГЛАВА 33
САЙЛАС
Я смотрю, как Джульетта спит. Ее дыхание глубокое и ровное. Она проспала несколько часов, с тех пор как я трахнул ее до беспамятства на кухне нашего псевдо-сказочного дома. Мне следовало быть с ней нежнее. Я не должен был брать ее в задницу вот так, без предупреждения.
Но вырвавшийся у нее удивленный писк, запах ее желания и страха, смешанный с кислой ноткой боли — черт, что это со мной сделало. Моя идеальная, грязная шлюха. Моя идеальная девочка.
Она уже спала, когда я сказал ей, что люблю ее. Когда я пробормотал ей, что хочу от нее ребенка, чтобы она была моей навсегда. Я не могу сказать ей, что я не кончал в ее киску, потому что я боюсь того, чего хочу. Я не могу сказать ей, что мысль о том, чтобы наполнить ее своей спермой до тех пор, пока она не забеременеет, возбуждает меня настолько, что я не могу думать. Я не могу сказать ей, что впервые в жизни хочу такого будущего, о котором раньше и представить себе не мог.
Но теперь эти мысли не отпускают меня, и я перекладываю ее с руки, так, что она ложится на спину. Я нависаю над ней, дразня головкой члена ее клитор. Она шевелится, но не просыпается, ее губы слегка приоткрываются, когда она что-то бормочет во сне.
— Ты такая чертовски красивая, когда спишь, — говорю я ей.
Я просовываю в нее палец, сдерживая стон, когда обнаруживаю, что она влажная, практически истекает для меня. Она достаточно влажна, чтобы взять ее сейчас, чтобы я погрузился в нее, не разбудив.
Я целую ее шею, вдыхая запах крови, которая мягко пульсирует в ее теле. Я медленно скольжу в нее, наблюдая, как напрягаются ее соски, когда ее тело реагирует на меня. Она полностью расслаблена в своем состоянии сна, теплая и податливая, ее голова слегка наклонена в сторону, так что я вижу, как учащается ее пульс.
Я пока не трахаю ее, просто лежу вот так, наслаждаясь ощущением ее тела, обернутого вокруг моего члена. Я втягиваю в рот один из ее красивых загорелых сосков. Она слегка шевелится, это движение заставляет ее напрячься вокруг меня, и я стону. Я начинаю двигаться медленно, и она становится все влажнее и теплее.
— Я тебе снюсь? — Я шепчу ей на ухо. — Тебе снится, как я трахаю тебя, ангел?
Она издает тихие звуки, едва слышные вздохи и стоны. Ее ресницы трепещут, и она слегка хмурится.
— Ох.
Это больше похоже на вздох, чем на слово. Ее руки на моей спине, ее тело все еще такое мечтательно мягкое.
— Это не сон.
— Нет, это не так, ангел.
Я увеличиваю темп, и через несколько минут мы оба разгоряченные и вспотевшие. Теперь ее глаза широко открыты, она смотрит на меня, пока я жестко трахаю ее.
— Такая грязная шлюха, — выдыхаю я, мой член вонзается в нее, прямо до конца. — Мокрая для меня даже во сне.
Она стонет, ее глаза закатываются.
— О боже.
Я хватаю ее рукой за горло.
— Кто?
Она заикается, резко вдыхая, когда я сжимаю ее шею сбоку.
— О, черт!.. Сайлас.
Я мрачно усмехаюсь.
— Твоя задница все еще болит, ангел?
Она кивает, учащенно дыша.
— Не надо…
— Я хочу, чтобы моя сперма вытекла из этой киск, — я закидываю ее ногу повыше на свое бедро, и ее спина выгибается над кроватью. — Кончи ради меня, ангел.
Требуется всего несколько движений, чтобы ее влагалище затрепетало вокруг меня. Ощущения слишком сильные. Мое желание делает меня глупым. Я знаю, что не должен, но я рычу от наслаждения, изливаясь глубоко внутри нее. Ее пальцы сжимают край подушки, голова откинута в сторону, волосы закрывают лицо. С каждым глубоким вздохом пряди этих мягких золотых волос срываются с ее губ.