Круча признавал свое поражение в этом разговоре. Зато теперь он почти не сомневался в том, что Муравлева причастна к гибели Остроглазова. И он обязательно продолжит работу в этом направлении.
На улице с каждым днем становилось все холоднее и дождливее, и вдруг в это ненастье ворвалась весточка из жаркого лета. Круча с удивлением смотрел на следователя Аванесова, который поджидал его у входа в здание ОВД.
– Артур Вартанович? Какими судьбами?
– А вы что, товарищ подполковник, меня не ждали? – наигранно удивился мужчина. Это был тот самый сочинский следователь, который взялся найти подводного стрелка.
– Я же обещал вам, что найду киллера, – торжествующе улыбнулся он.
– И что, взяли?
– Так точно.
– И где он?
– Что-то холодно у вас здесь, – поежился южанин.
– Прошу!
Круча бережно взял его под локоть и показал на входную дверь. Они прошли в кабинет, он включил чайник, открыл сейф:
– Может, по пять капель?
– Ну, если для согрева, – улыбнулся Аванесов.
Круча достал из сейфа бутылку коньяка, бокалы, нарезал лимон.
– Что вы там про киллера говорили, Артур?
– Взяли киллера. На Петровке он.
– Здесь, в Москве?
– Да, здесь. Вот, самому пришлось за ним выезжать.
– Мне бы позвонили, я бы все организовал…
– Не хотел рисковать. Вдруг вы под наблюдением, вдруг утечка информации. А так все просто, – подъехали, взяли.
– Да, неожиданно как-то… И как же вы его нашли?
– Я же говорил, с дайвинг-клубами работать надо было. Ходили, спрашивали, первое время ничего, а потом информация прошла, что какой-то московский товарищ с девушкой из дайвинг-клуба познакомился. В любовь с ней играл, а она его аквалангом пользоваться научила. Он потом исчез, она очень переживала. Не очень она красивая, мягко говоря, не получалось у нее с мужчинами, а тут надежда вдруг появилась. Но уехала надежда. Как раз в тот день и уехала, когда в вас стреляли. Да и потом, почему он официально дайвингом не занялся, через клуб, почему через Карину тренировался? В общем, информация прошла, мы стали разбираться, узнали адрес, приехали в Москву. Долго не могли найти никаких зацепок, месяца два, а потом раз, и закрутилось. Как говорится, лучше поздно, чем никогда, правда?
– Что верное, то верно, – кивнул Круча. – Значит, взяли его, на Петровке он, да? Допросили?
– Допросили.
– И что?
– Сознался.
– И кто заказчик?
– Муравлев Михаил Александрович. Знаете такого?
– Знаю.
– Эй! – Аванесов схватил Кручу за руку, в которой тот держал бутылку. Оказывается, он переполнил бокал и коньяк уже лился на стол.
– Извините.
– Да ничего.
– Озадачили вы меня, Артур. Как есть озадачили.
– Кто такой Муравлев, я уже узнал. А зачем он хотел убить вас, я не понял. Киллер сам не знает. Ахтубов его фамилия, может, знаете такого?
– Нет, не знаю. Хотя все может быть… Муравлев ему лично заказ сделал?
– Да, лично… Ахтубов давно уже не занимался этим, с позволения сказать, ремеслом, раньше, по молодости, подрабатывал, ну, Муравлев к нему по старой дружбе и обратился. Деньги большие предложил, а у Ахтубова проблемы с финансами были, вот он и согласился… Практики у него, говорит, давно не было, да и возраст уже не тот, да еще заказчик столь необычный способ покушения на вас выбрал. В общем, не вышло у него ничего.
– Да, не вышло. Царапнуло только. Иначе я бы сейчас под землей лежал… Значит, Муравлев, говоришь… Может, и его уже взяли?
– Нет, пока не взяли. Там в ГУВД заминка какая-то, завтра, сказали, работать по нему будут. Куда он денется, сказали. Он-то никуда не денется, а мне домой надо. – Аванесов красноречиво смотрел на Кручу.
– Я все понял, Артур. Сегодня же домой тебя отправим, со всеми почестями. Спасибо тебе, дорогой, большое спасибо…
Степан поднял трубку и вызвал к себе начальника уголовного розыска. Вопрос с Муравлевым нужно было решать в срочном порядке.
Хорошо устроился Муравлев: и охрана у него солидная, и дом – настоящая крепость. Только сейчас не Средневековье, и охранники не пожелали подставляться из-за своего господина, сами, без особого принуждения легли на землю под натиском спецназа.
А Муравлева вытащили из спа-бассейна, где он расслаблялся после трудового дня.
– Что вы себе позволяете? – как резаный заорал он, когда его, мокрого, голышом, уложили на кафельный пол. – Я буду жаловаться!
– Жалуйся, – навис над ним Круча.
– А-а, это ты, подполковник! Что ты на этот раз придумал?
– Пусти! Пустите! – послышался за спиной женский голос.
В ванную комнату, расталкивая спецназовцев, ворвалась Наташа. Еще минуту назад в ее доме все было спокойно, и вдруг случился ураган, в эпицентр которого попал ее муж. Как верная жена, она пыталась его защитить, еще не понимая сути происходящего. Но ей все стало ясно, когда она увидела Кручу.
– Вы?!
– Я, Наташа, я. Помните, я желал вам не попасть под тайное, которое вдруг станет явным. Но вам не повезло. О чем я, впрочем, не сожалею. Вы знали, что ваш муж заказал мое убийство?
– Мой муж?! Ваше убийство?! – искренне, как могло показаться, возмутилась она. – Вы же говорили, что это я заказала ваше убийство!
