— Мистер Вуд, но мы же знали, что проходит сделка с Венецией и к тому же на руках был договор…
— Не проверенный нашими юристами? — осматриваю женщину в деловом костюме с заметно поникшим взглядом.
— Джон, — в своей адвокатской манере вклинивается Майкл Торн, — обязательство по сделке лежало на итальянском филиале, — говорит он, перелистывая бумаги, находящиеся в коричневой папке.
— Может обязательство и лежало, но мы главный офис и ни одна сделка без нашего тщательного контроля и моей подписи не может быть совершена. Вы не выполнили свои обязанности, господа, принесли на подпись поддельные бумаги, — заключаю я. Встаю из кресла, застегивая пиджак на одну пуговицу.
— Где юрист этого офиса? — спрашиваю присутствующих. Разворачиваюсь к окну, где ярко светит солнце, а по узкой улице почти вплотную проезжают два автомобиля.
— Его должны были уже доставить, — слышу за спиной голос руководителя отдела безопасности и шуршание бумаг, половину из которых можно сжечь.
— Позвони своему другу в Бюро, сообщи о хищении. Скажи, чтобы расследование проходило тихо, без освещения в прессе, — прошу Майкла. — Альберто, вы отстранены до выяснения обстоятельств и сейчас же отправляетесь в Нью — Йорк под охраной. Кассандра, ваш отдел получит выговор и лишение премий со снижением оклада, если кто-то захочет уволиться — уволить, предварительно передав сотрудника на проверку в Бюро. Это же касается и отдела безопасности. Концу дня всем придут подтверждающие документы, — говорю ровным голосом, бегло осматривая каждого из них. — Майкл, со мной поедешь в офис Эспозито, попробуем спасти сделку.
Забираю портфель, крепко сжав в руке кожаную ручку, и по пути к выходу даю наставления охране и Филиппу. Меня беспокоит, что это провернули у меня под носом. Это, несомненно, подпортит мою репутацию. Нужно все исправить до сделки с Фелчем, иначе не видать нам партнерства и объединения влияния в сфере недвижимости.
Навалившиеся проблемы постоянно конкурируют с ночными и утренними воспоминаниями. Так тяжело я еще никогда не покидал кровать, оставляя на ней Эмилию. Недолгую ночь вдыхал ее запах, уткнувшись носом то в шею, то в волосы. Я боялся потерять мисс Шварц среди синих волн, что настойчиво пытались выбить ее из моих крепких, временами настойчивых, объятий. Всего неделя и я вернусь в свою гавань.
Глава 23
ЭМИЛИЯ
Наспех застегиваю теплый пуховик и перебегаю дорогу на последних секундах светофора. Как только мои ноги оказываются на тротуаре, за спиной срываются с места десятки автомобилей. Натягиваю шапку сильнее, как можно больше скрывая неприкрытые участки шеи и щек от промозглого ветра. Перекидываю сумку с лэптопом через плечо и надеваю перчатки. Полностью экипировавшись, направляюсь в сторону кондоминиума.
Сегодня была моя первая проведенная лекция в Колумбийском, на которой присутствовали профессор Пейн и декан Уорен. В целом она прошла хорошо, что отметил профессор в рекомендательном письме. Однако декан нашла несколько недочетов. Сказала, что это, скорее всего, от нервов, так как мой голос заметно дрожал вначале. Студенты второго курса мне очень помогли: проявляли заинтересованность и задавали вопросы, что создавало более живую атмосферу в аудитории. Для себя я тоже сделала вывод: моя речь не идеальна, и нужно повысить уровень английского.
Витрины небольших магазинчиков и кафешек, расположенных по пути домой, украшены изобилием рождественской атрибутики, напоминая о приближающемся празднике. В университете тоже полным ходом идет подготовка к Рождеству. В холлах устанавливаются елки, украшаются аудитории и коридоры. Так же несколько дней назад, собрав всех участников программы, декан раздала пригласительные на ежегодный Рождественский прием.
Прошло одиннадцать дней с нашей последней встречи с Джонатанам. Мне удалось провести генеральную уборку на складах в голове. Я смогла рассортировать содержимое и развесить бирки по степени важности.
За одиннадцать дней всего одно сообщение от него, в котором единственной фразой написано:
За одиннадцать дней мне пришлось смириться со своей глупостью и наивностью, ведь я с легкостью позволила Джонатану Вуду воспользоваться собой.
В тот день, покидая апартаменты Джонатана, по моим щекам спускались слезы от горького разочарования, капая на вымощенный плиткой тротуар возле небоскреба. Я даже не помню, как добралась домой и оказалась на своей кровати, свернувшись в калачик. Но после нескольких дней терзаний поняла, что случившееся изменить нельзя, а в будущем нужно не допустить повторения ошибок.
— Я дома, — кричу, снимая верхнюю одежду и сапоги.
— Ты как раз вовремя! — с кухни выбегает Лена с повязанным спереди фартуком. — Ужин готов.
— Решила испробовать очередной «простой» рецепт от Гая Фиери? — с улыбкой вспоминаю все ужины на этой неделе.
