– Спасибо, – выдохнула тихо и хотела продолжить, но он в этот момент отошёл на шаг назад, чуть прищурился и, бросив: «Пошли», – направился из кабинета.
Девушка после увиденной записи мелко подрагивала, в глазах плескалась боль, смешанная с благодарностью, к нему, к Рустаму и он знал – стоит её отпустить, её накроет истерика. Ей необходимо было утешение, но он не мог ей этого дать, но мог отвлечь её известным ему действенным способом.
Не оглядываясь, зашёл в спальню, включил свет и, проходя к креслу, услышал, как закрылась дверь. Усмехнувшись, начал снимать рубашку, при этом медленно повернулся к Милолике, которая замерла у двери, бегая глазами по окружающей обстановке, но только ни в коем случае не смотрела в его сторону и в сторону кровати. Он раздевался не спеша, рассматривая девушку, которая нервничала всё больше и больше. У Рустама даже проскользнула мысль – использовать тот возбудитель, что дала ему её гинеколог, но поморщившись, отбросил её. Он хотел сам возбудить малышку до такой степени, чтобы она молила его о разрядке, стонала под ним, и он готов был сегодня приложить усилия для этого.
Полностью раздевшись, сел на кровать.
– Иди сюда, – позвал Милолику и девушка, опустив глаза, медленно подошла, а когда её взгляд натолкнулся на его возбуждённый член, вспыхнув смущением, быстро отвела глаза.
– Сними платье, – распорядился, наблюдая как она, нервно прикусив губу, расстегнула пуговички у горловины, а потом, задрав подол, дрожащими руками стянула его через голову.
Сглотнув, осмотрел подрагивающую всем телом девушку – её манящую грудь, скрытую кружевным бюстгальтером, через который просвечивали горошины сосков, плоский животик с аккуратным пупком и весьма целомудренные белые, хлопковые трусики, которые подлили жара в огонь его возбуждения.
Прикрыв глаза, Рустам понял, что ему сегодня предстоит проявить немало выдержки, чтобы не сорваться, а растянуть удовольствие.
Дёрнув уголком губ, Рустам перехватил платье, которое Милолика всё ещё держала в руке, откинул в сторону и, дёрнув её за руку на себя, от чего девушка вскрикнула. Усадил её к себе на колени так, что Лика оказалась сидящей лицом к нему, в то время как ножки были раскинуты в стороны.
– Смотри на меня, девочка, – сорвалось хриплое с его губ, и когда она выполнила указание, провёл ладонью по верхней части груди, обводя пальцем кромку кружева.
Отметив, как участилось дыхание Милолики, неожиданно для неё, сжал грудь ладонью, от чего Лика, поперхнувшись воздухом, резко выдохнула. Завёл руки за её спину, расстегнул замочек бюстгальтера, резко стянув его, откинул в сторону.
Нажав на спину девушки, вынудил приблизиться грудью к себе так, что теперь розовые, уже тугие вершинки груди оказались перед его лицом. Не давая Милолике разорвать зрительный контакт, удерживая её взгляд, чуть наклонился, обводя языком сосок и медленно втягивая его в рот.
Лика, всхлипнув, сжала пальцами мужские плечи, её частое дыхание срывалось, когда Рустам чуть прикусывал горошину соска. Широко распахнутыми глазами следила за действиями Рустама. Как он переключил своё внимание на второе полушарие груди, обхватывая его большой, смуглой ладонью, как втягивает уже вторую вершинку в рот, вместе с ореолом. Не выдержав, Лика ещё немного прогнулась в спине, закрывая глаза, но Рустам сразу отстранившись, шлёпнул девушку по ягодице, от чего её глаза распахнулись, и она посмотрела на него ошарашенным взглядом.
– Я сказал смотреть на меня! – низко пророкотал Рустам. – И не смей закрывать глаза! Ты поняла? – он опять шлёпнул её по ягодице, от чего Милолика дёрнулась, ойкнув при этом и закивав как болванчик, прошептала:
– Да.
Эта её растерянность, как она обескураживающе ойкнула – добило Рустама, хрипло выдохнув, пробормотал:
– Что же ты делаешь, девочка?
Лика растерянно моргнула. Она не могла понять его эмоций, его требования смотреть на него в тот момент, когда он её ласкает. Хотя девушке и было ужасно стыдно, но это было настолько завораживающе, что она мучительно желала, чтобы Рустам продолжил. Он, словно прочитав её мысли, опять начал ласкать её грудь, только уже не так медленно, а более напористо. Прихватил её ладонь, управляя ею, огладил её же живот, надавливая, спуская вниз, где скрутился тугой узел желания. Лика нервно дёрнула рукой, но Рустам удержал:
– Я хочу, чтобы ты погладила себя. Давай, девочка, – и, прихватив её пальцы, провёл по развилке, где мягкая ткань трусиков скрывала лоно.
Прикусив губу, Милолика вспыхнула румянцем и еле сдержала всхлип, от такого развратного действия, но такого возбуждающего. Опрокинув Лику на постель, Рустам одним резким движением избавил её от последнего клочка одежды и, чуть отсев, пробежался взглядом по её телу:
– Ты охрененно красива, – выдохнул мужчина, от чего Лика, прикусив губу, сглотнула.
Он видел, что она уже почти готова, что ещё немного и можно, раздвинув стройные ножки, устроиться между ними, но это была бы капитуляция перед самим собой. Прищурив глаза, потребовал:
– Обведи ладонями грудь и немного сожми её.
