– Да, конечно. Не будем заставлять людей ждать. Спасибо, Мишель. Продолжай в том же духе, – улыбается мне теплой улыбкой, и я возвращаюсь за свое рабочее место.
Задерживаюсь на работе, чтобы доделать нужные документы, и возвращаюсь домой уже затемно.
Паркую машину перед гаражом и собираюсь зайти в дом. Пока иду по выложенной камнем тропинке, успеваю обратить внимание, что газон перед домом до сих пор так и не пострижен.
Захожу в дом и вижу Саймона, нынешнего мужа моей мамы, который сидит в гостиной и увлеченно играет в приставку.
Саймон недавно уволился с работы или его оттуда выгнали. Этого мы с мамой не знали. Но за последний год это было уже его третье увольнение.
Никогда не понимала, что мама в нем нашла. На мой взгляд, Саймон – типичный альфонс, который привык жить за счет женщины. Наверно, первые два года он еще старался строить из себя хорошего мужа, но когда понял, что мама не заставляет его работать, совершенно расслабился.
А мама сейчас разрывается между двумя бизнесами. Не жалея сил.
Мне было обидно за нее. По-настоящему обидно. Она не заслужила всего этого. Я как могла поддерживала ее. Но сейчас я уже сама работала и мечтала построить успешную карьеру. И мне бы со своей жизнью разобраться сейчас.
– О привет, Мишель. Уже вернулась, – наигранно вежливый тон Саймона, просто убивает. И он дальше отвлекается на игру.
– Вернулась, – стараюсь сдержать гнев, рвущийся наружу. – Саймон, если мне не изменяет память, ты обещал постричь газон еще неделю назад.
– Да-да. Завтра постригу. Сегодня было много дел, – даже не отвлекается от игры.
– Это каких же дел? – удивленно приподнимаю бровь и осматриваюсь в доме. Но бардак, который был в гостиной, когда я уходила на работу так и остался.
– Ну, Мишель. Разных мужских дел. Что ты пристала?
Не выдерживаю его небрежного тона. Подхожу к телевизору и выключаю его прямо посредине игры.
– Какого черта, Мишель? – разводит руками и смотрит на меня сдвинув брови на переносице.
– Саймон, я не дам тебе издеваться над моей мамой. Ты живешь в нашем доме, за счет моей мамы и ведешь себя как настоящий засранец. К тому же совершенно не помогаешь ей.
– Я ее муж. Если ты забыла, – тон меняется на холодный.
– Так будь нормальным мужем!
– Не указывай, что мне делать, девчонка! – подрывается с дивана, тыча в мою сторону пальцем.
– Я буду делать в своем доме то, что посчитаю нужным! – уже не сдерживаю себя.
– Хм, – на его лице противная ухмылка. – Этот дом уже и мой тоже.
– Что? – смотрю на него в недоумении.
– Клэр прописала меня здесь, – смотрю на него открыв рот от шока.
Подношу руку ко лбу и не могу поверить, что мама сделала это.
– Нет. Я это так не оставлю, – разворачиваюсь, чтобы выйти на улицу и не сорваться на крик.
– Не советую со мной ругаться, – слышу вслед слова Саймона, от которых по спине бежит холод.
Выхожу на крыльцо. Обхватываю себя руками и пытаюсь глубже дышать, чтобы попытаться успокоиться.
Не могу здесь находиться. Хочется сбежать куда подальше. Собственная мать не посчитала нужным посоветоваться со мной и буквально отдала долю дома человеку, которому плевать на нас обоих.
Поддаюсь порыву. Спускаюсь со ступенек. Сажусь в машину и с визгом шин срываюсь с места.
Еду по вечернему городу, превышая все немыслимые лимиты скорости. Внутри клокочет гнев. Обида за маму. За нас. Она снова доверилась очередному лжецу, который только играет роль любящего мужа.
Гнев перемешивается с бешеным адреналином, когда я виляю сквозь машины на многополосной дороге.
В голову вдруг врываются картинки моего путешествия в Берлин и того, что произошло в том клубе. Того необычного ощущения, граничащего с сумасшествием, которое я испытывала, находясь в жарких объятиях незнакомца. В памяти всплывает оставшийся на мне его запах, который я чувствовала даже когда вернулась в хостел.
Сейчас кажется это было вовсе не со мной.
Ловлю себя на мысли, что многое отдала бы, чтобы еще хоть раз испытать что-то подобное.
К лицу сразу приливает жар, а между ног будто бьет легкий удар током, и я крепче сжимаю руль.
Но мое временное забытье быстро улетучивается, когда я слышу звуки сирен полицейской машины, догоняющей меня сзади.
– Черт! – ругаю себя за свою необдуманность и притормаживаю у обочины. Полицейская машины с включенными на крыше мигалками останавливается позади меня.
Наблюдаю в зеркало, как офицер выходит из салона авто и направляется ко мне. Подходит и открывает мою дверь.
– Добрый вечер, мисс. Офицер Питерсон, – прикладывает правую руку к фуражке. – Ваши документы.
– Добрый вечер, офицер. Да, конечно, – судорожно открываю бардачок. Нахожу документы и протягиваю блюстителю порядка.
– Вы знаете с какой скоростью ехали, мисс Уокер? – интересуется офицер не открывая глаз от моих документов.
– Не обратила внимания, – первое что приходит в голову.
Поднимает взгляд на меня.
– Вы сегодня выпивали?
– Нет. Что вы. Я вообще не пью.
– Все так говорят. Выйдите, пожалуйста, из машины, – отходит чуть назад и мне приходиться подчиниться.
