Порочный рыцарь полностью

Агнес лежала в кровати, переключая каналы. По телевизору крутили нудные новости и постановочные шоу. Сара сегодня не заходила, и после странного визита в школу Агнес ее больше не видела. Решив разобраться с этим завтра, девушка потянулась к пульту и выключила телевизор. Она поплелась в спальню, упала на кровать. Веки ее уже потяжелели и сомкнулись, как вдруг послышался громкий рингтон мобильного, разгоняя сонную дымку.

Чертыхнувшись, Агнес ответила на вызов.

Голос, который она не хотела бы слышать никогда.

Дерек.

— Привет.

— Зачем ты звонишь?

— Я так понимаю, ты не рада меня слышать. — Дерек нервно рассмеялся.

— Сам догадался или подсказали? — съязвила девушка, сжимая несчастный телефон в руках.

— Мы не виделись больше месяца, не так ли?

— Не надо! — Агнес до боли прикусила губу. В глазах защипало.

— После того, что случилось… Мы с Рэйчел должны были тебе рассказать.

— Но не рассказали. — Слез не было, только выцветший голос Агнес, совсем лишенный чувств.

— Ну прости, малыш, что мне еще сказать?

— Замолчи, — гневно отрезала Агнес. — Нельзя так просто взять и одним «прости» заставить забыть боль, что вы мне причинили. Когда меня упекли в полицию, а потом насильно запихнули в этот чертов Данверс, вас не было рядом. Так что сейчас, когда я с таким трудом восстановилась, не смей снова рушить мою жизнь!

— Мы дружим с тобой с шести лет… — Кажется, он говорил уже искренне, но Агнес не была готова впускать в себя старые чувства, которые причинили ей чудовищную боль. Больше никогда.

— Дерек, как я поняла на своем горьком опыте, продолжительность дружбы — не гарант ее подлинности. Главное в любых отношениях — это доверие. У нас его, несмотря на все совместно проведенные годы, оказывается, никогда не было.

Девушка закрыла глаза, борясь с желанием разбить телефон о стену.

— Ты же говорила, что любишь меня… — Слова ранили сильнее, он будто специально ее изводил.

— Я ошибалась, Дерек, — сказала Агнес, а затем резко положила трубку, ощущая, как горячие слезы, обжигая глаза, скатываются по щекам.

Больше не сдерживаясь, она упала лицом на подушку и горько зарыдала, дав волю всем накопившимся эмоциям. Видела ли свою жизнь сейчас без него? Да. Хотела ли причинить заново боль? Нет. Могла ли она простить его после всего? Нет. Любила ли до сих пор?..

Агнес осознавала лишь, что до смерти устала.

Марк подъезжал к бару. Пальцы привычно потянулись к бардачку, вытаскивая любимое фото. Когда он смотрел на ее вечно улыбающееся лицо, ему казалось, что его Лили снова рядом. В последнее время Марк меньше обыкновенного вспоминал о возлюбленной и корил себя за это в минуты душевного беспокойства. Сегодня ему хотелось перенестись в их первую встречу. В тот момент, когда она убила и спасла его. В начало.

Марк сидел за уютным столиком в небольшом кафе-клубе для любителей классической литературы.

— Опять меня Сара притащила непонятно куда, — проворчал он недовольно. — И куда она убежала? Ну класс, сижу здесь как ботаник какой-нибудь.

Перед ним стояла чашка уже приевшегося горького кофе. Пальцы приятно обожгло после долгого пребывания на морозе. Парень крепче сжал чашку, поднося к губам и делая большой глоток горячей терпкой жидкости. Кофе обжег язык, но он уже привык.

Марк почти не слушал паренька, который, распинаясь, читал на воображаемой сцене сочиненные им самим стихи.

Поэзия — это не его. Люди — это не его. Ему бы сейчас рвануть куда-нибудь за город, в тишину, побыть наедине с мыслями, наедине с собой. Подальше от всех. Но приходилось довольствоваться тем, что имелось.

Марк вытащил пожелтевшую книжку, решив дочитать «Преступление и наказание» в относительной тишине и спокойствии. Он вел пальцем по строке, чтобы не сбиться, и с наслаждением трижды перечитывал особенно полюбившиеся моменты. За этим занятием время летело быстро. Кофе почти остыл, и Марк с жадностью поглощал его остатки, не прерывая чтения, как вдруг ощутил толчок сзади, и жидкость из его чашки стремительно растеклась по джинсам уродливым пятном. Парень поднял голову, чтобы выразить свое недовольство, и замер как громом пораженный.

Ему казалось, что зима прошла и наступило лето. Перед ним стояла худенькая, хрупкая девушка, виновато улыбаясь. Эта улыбка казалась такой солнечной. Она была просто невероятной. Ее глаза искрились, а выражение лица вскоре сменилось с удивленного на радостное. Марк не мог прийти в себя. Девушка, проследив за его замешательством, тихо рассмеялась. Золотистые пряди упали на ее веснушчатое, удивительно невинное лицо, и незнакомка встряхнула длинными волосами, перебрасывая их через плечо. Янтарные глаза устремились с живым интересом на Марка.

— Тебе нравится Достоевский?. — Она не спрашивая перетащила табуретку за стол Марка и заняла ее. — И да, прости за то, что джинсы испортила. Я случайно.

Она совершенно беззаботно подперла голову рукой, опираясь на локоть.

— Да, мне нравится его творчество… И твои извинения приняты, — в ее манере отозвался парень, слегка улыбнувшись ей краешком губ.