— Приди в себя, Агнес. Депрессия не спасет тебя от боли. Ты не сможешь вечно прятаться. Черт, тебе придется смириться со случившимся. Злись, круши, ломай, но не молчи. Не запирай эмоции в себе, иначе ты просто-напросто задохнешься, — сказал Рэт. — А теперь душ, и мы идем гулять. Возражения не принимаются.
— Но…
— Сейчас же, Уокер. — Он ткнул пальцем на дверь, и, Агнес все-таки поплелась в ванную приводить себя в порядок. Она знала: если не пойдет, Рэт буквально потащит ее туда.
За неделю этот парень стал ее настоящим другом. Единственным, кто поддерживал, несмотря на ни на что. Рэт был особенным. Не только с ней. Он был таким со всеми, кто ему дорог. Даже в шумных компаниях он мог с легкостью расположить к себе любого. Девушки теряли от него голову, а парни почитали за честь быть его товарищем. Тем не менее, Рэт был избирателен. Несмотря на дружелюбие, он строго ограничивал близкое общение с людьми. Одно дело — тусоваться, другое — делиться болью и проблемами.
И в этом случае у него всегда был только один человек — Марк. Ему было плевать на все недостатки друга. На всю грязь, которую тот творил. Даже после событий Брааля Рэт не мог заставить себя отвернуться от Марка.
Они были знакомы полжизни. Рэт часто видел Марка, одиноко сидящего на качелях. Маленький потерянный мальчик смотрел всегда так испуганно, что сердце Рэта щемило от тоски. Он хотел поиграть, позвать погонять мяч с его товарищами. Рэт хотел защитить Марка от всех., хотел сделать так, чтобы этот мальчик улыбался. Хотя бы редко.
И со временем это случилось.
Когда Рэт вытащил его из воды, Марк совсем не обрадовался. Он словно хотел утонуть. Эта мысль напугала Рэта. Он встряхнул незнакомца, пытаясь привести того в чувства. Мальчик долго кашлял, а когда пришел в себя, то молчал. С тех пор Рэт стал часто навещать его. А Стаймест все еще не говорил. Рэт считал, что он немой, пока спустя недель Марк не сказал ему первое слово.
— Спасибо.
Рэт знал, что их отношения крепче, чем любая дружба. Они были родственными душами, каждый из них мог отдать жизнь за другого, и глазом не моргнув.
Парень тяжело вздохнул. Он знал, что Марк нагло солгал ему той ночью о чувствах к Агнес. Его зацепила эта девчонка.
И Рэт хотел понять ее. Проверить, не такая ли она, как Лили.
Он знал о его бывшей девушке много
Поэтому он решил проверить Уокер. Нет, эта девушка не была похожа на лгунью или ту, что может намеренно ранить Марка.
Она была действительно хорошей, и осторожный Рэт впустил в своей мир второго человека. Агнес. Она смеялась над его шутками, постоянно с ним спорила, и им было очень комфортно вместе. Ни с кем, кроме Марка, Рэт не был так рад проводить время. Но Рэт не испытывал к Агнес романтических чувств: его сердце уже долгое время было занято другим человеком.
У него были грандиозные планы, и он не соврал Агнес насчет защиты и Рафаэля. В первую очередь он сделал это ради ее безопасности. Во вторую — для своих (благих!) целей и Марка, который ни о чем не подозревал.
— Где здесь черный список?! — прошипел он раздраженно, когда очередное сообщение с «Котик, может, развлечемся?» пришло на его телефон.
Серьезно? Котик? Его передернуло от отвращения, и Рэт заблокировал настырную девицу. Фу. Какая безвкусица.
Было бы гораздо лучше «малыш» или на крайний случай «мой господин».
Приняв душ, Агнес сделала маску для лица, стараясь отвлечься от мыслей. Взяла телефон в руки, решившись его включить. Двадцать четыре пропущенных от Алекса.
— Что ему нужно? — поморщилась девушка, листая вниз. Несколько пропущенных от Сары и ноль от Марка. Ничего удивительного. Наверняка он спокойно жил дальше.
Три новых сообщения от Алекса.
«Не знаю, куда ты делась, принцесса, но я волнуюсь за тебя. Надеюсь, все хорошо», — гласило первое, отправленное тем же вечером, когда она съехала.
А вот это новое. Отправлено вчера.
«Все еще терпеливо жду, когда ты выйдешь на связь. Хочу тебе передать, что завтра мы празднуем открытие нового мотоклуба. Завтра в семь. Он закрытый, но я внес твое имя в список, проблем не возникнет. Сара тоже придет, поэтому… Просто буду тебя ждать, принцесса».
И последнее.
«Я знаю, куда ты переехала, но боюсь, что мой приход причинит тебе боль. Скажи, как я могу искупить свою вину? Я сделаю все что угодно… Прошу тебя, Агнес! Дай мне шанс все исправить. Больше никаких тайн и недомолвок! Я соглашусь на все, что ты мне скажешь».
Ей хотелось простить Алекса, но рана была слишком свежей. Может быть, позже… Когда-нибудь…
Она смыла с лица маску и вышла в комнату, гадая, как поступить. Ей нужна была яркая статья для газеты, а выпытать эксклюзивную информацию у байкеров — лучшее, что она могла бы сделать.
Рэт все еще сидел на кровати.
— Наконец-то! Я уж думал, ты там до ночи провозишься, — в шутку закатил он глаза. — Чего так долго?
