Отпускать его одного глупо. Конечно же, отправляться с ним неизвестно куда было необдуманным поступком, но разве я могла отпустить его в таком состоянии?
Он пытается отказать, но после нескольких попыток, сдается. Кирилл приглашает в свой автомобиль, и после того, как я села на переднее сиденье, он закрыл за мной дверь и огибая машину, сел в салон.
Мы ехали молча. Изначально я пыталась найти общие темы для разговора, но после того, как я поняла, что их попросту не отыскать, замолчала и лишь изредка спрашивала у него куда мы направляемся, на что получала поверхностные ответы, но как мне удалось выяснить, едем в загородный домик.
Стало ли мне от этой информации легче?
Я солгу, если отвечу «да».
Кирилл вёл автомобиль и отвечал на мои вопросы не без улыбки. Парень хотел казаться холодным и чёрствым, но я видела его истинное лицо. Сейчас он как никогда настоящий.
Когда мы остановились, я боязно огляделась.
На появление страха были причины.
Мы доехали до моста, что находился за чертой города. Это место не самое лучшее для времяпрепровождений. Сколько городских легенд и историй ходит, связанных с этим проклятым местом.
— Побудь в машине, я скоро вернусь.
Кирилл вышел из автомобиля и медленно направился к железной перегородке моста.
— Что ты задумал? — я вышла вслед за парнем, не понимая, чего он хочет.
Он облокотился всем телом на ветхое железо, наблюдая за маленькими, но не менее грозными волнами, вызванными сильным ветром.
Он что-то достает из кармана, смотрит на вещицу в руке, а после бросает её в реку.
— Пять лет… Пять чертовых лет, — говорит парень, — Пять лет! Ты должен быть здесь! — его интонация меняется, — Слышишь? Так быть не должно! — со всей силы бьёт кулаками по перилам.
Парень кричит во весь голос.
У него истерика.
Я не знаю как быть в такой ситуации. Я не могла его отпустить, но сделала ли я лучше? И если да, то кому из нас?
С опаской подхожу к парню, пытаясь не показать свой страх, что сковывает моё тело цепями.
Хотя это невозможно.
Я боюсь.
И сейчас жалею, что не послушала парня и не отказалась от своей глупой затеи.
— Кирилл, — кричу я таким же тоном, привлекая внимание молодого человека.
Он обернулся, и до него словно дошло осознание, что я всё это время была рядом.
Будто кто-то пробудил его от ужасного сна.
Соловьев медленно сползает вниз по перегородке, закрывая глаза и едва слышно шепотом произносит: прости.
Не могу судить о правильности своего выбора, но я подошла к молодому человеку и присела рядом. Всем нужна поддержка, а ему она сейчас необходима. Не хочу говорить о том, что всё пройдёт и все проблемы со временем потеряют значимость. Смысла в жалости нет. Как и в словах, от которых хочется вывернуться наизнанку.
Он молчит. Кирилл смотрит на свой автомобиль и о чём-то думает. Мне не по себе. Это невозможно рассказать и передать чувства словами, но я боюсь чего-то, о чём сама понятия не имею.
— Он погиб пять лет назад, — я смотрю на парня, отчего он последовал моему примеру, столкнувшись со мной взглядом, — Мой брат погиб пять лет назад.
— Мне жаль, — шепчу, не представляя сколько боли он в себе держит.
— Да, всем жаль, — он вот-вот сорвётся, его голос постепенно осипает, — но не родителям. Они словно забыли его, разве так можно?
Ответить на этот вопрос не могу, не имею права.
— Кирилл…
— Твою мать, они просто забыли о нем, будто его никогда не было!
Я молчу, не позволяя себе построить диалог с парнем, чья судьба явно превосходит мою по всем параметрам боли.
— Один лишь взгляд говорит о том, что они помнят… Помнят, кто убил их сына.
От его слов по коже пробежал холодок. Страшно ли мне? Очень. Но я стараюсь держать себя в руках, не понимая о чем говорит Соловьёв.
— Кирилл, — я дотронулась до плеча молодого человека, в мыслях строя наш разговор по маленьким кирпичикам, — Не понимаю о чем ты, но ты не можешь корить себя.
— Поверь, уж я могу, — он улыбнулся, но не так как всегда. Сейчас он напоминал безумного шляпника из книги «Алиса в стране чудес», — Все видят меня таким, каким окружающим хочется меня видеть. Кирилл Соловьев… Богатый сынок знаменитых предков, ублюдок и моральный урод от которого стоит держаться подальше, — говорит он, наблюдая за мной, — Нелли, ты ведь тоже боишься меня?
— Ч-что?
— Боишься? — снова спросил он. Наверное, нужно ответить правду, но не могу. Это ведь окончательно его убьет.
— Я не знаю что происходит с тобой, но нет, не боюсь, — набравшись храбрости, ответила я парню.
— Ложь…
— Кирилл…
— Забудь, — он вытер руковом правую щеку, а затем встал и посмотрел на трассу, — Если не против, я мог бы отвезти тебя домой.
Уехать домой и оставить его одного? Чтобы он снова что-то натворил, а я до конца жизни винила себя, что вовремя не оказалась рядом? Нет уж, увольте.
Тем более, я и сама не понимаю, но сейчас хочется быть рядом с этим человеком. Да, в этой жизни у каждого проблем хватает, но мне нужно помочь этому парню. Пусть моя помощь будет не профессиональной, но я сделаю все возможное, чтобы заставить его поверить в то, что он ни в чем не виновен. Я в это верю. Как бы он не пытался доказать другое.
— Нет.
