— Но тогда ты никогда не узнаешь правду о том, какого быть с вампиром. Что-то в твоих глазах говорит о том, что ты любопытная.
— Я могла бы найти другого вампира.
От этого у меня закипает кровь. Никто не прикоснётся к Натали. Я хмурю лоб, внутри закручивается замешательство. Чем больше я нахожусь рядом с ней, тем больше её хочу. Клянусь, несколько лет назад, покинув семью, я никогда не брал другого раба крови, но, быть может, мог взять любовницу.
— Делай, что должна. Либо убей меня, либо позволь остаться, либо дай крови. Вот твои варианты.
— Это больно?
Боже, мне больно. Она так близко, но я не могу взять её кровь, пока она не предложит.
— Я могу… превратить это в удовольствие. Это не больно, если я не хочу сделать иначе.
Нерешительность вспыхнула в её глазах, Но Натали убрала волосы от горла и наклонилась вперёд.
— Я правильно делаю?
Мне пришлось подавить стон.
— Да. Именно. Закрой глаза. Постарайся не двигаться.
— Угу, — бормочет она.
А затем мои губы оказались на её горле, а клыки скользнули в плоть. Кровь Натали не похожа ни на что, что мне доводилось пробовать. Это магия, совершенство и прекрасная смесь чистого блаженства и боли в одном флаконе. С этого момента я знаю о Натали правду. Она не простая ведьма, которая притянула меня заклинанием. Она — то самое существо, созданное специально для меня. Натали — моя пара.
О. Боже. Мой.
Удовольствие проносится по телу, стремительно скапливаясь между ног. Вампир не солгал, сказав, что может принести удовольствие. Сайлас, кормящийся от меня — ни с чем не сравнимое ощущение. Тихие стоны, которые он издаёт в процессе, говорят, что ему всё это тоже нравится, и мне нужно больше. Мне нужно прямо сейчас кожа к коже, тело к телу, душа к грёбаной душе. Я веду руками по спине Сайласа, сильные мышцы двигаются под моим прикосновением. Он прекрасен. Я даже не могу его сейчас видеть, но знаю, что это правда. У меня голова идёт кругом, и мне интересно так ли я умру. Но мне не кажется, что проклятие отпустит меня так легко, на крыльях эйфории, а не ужаса. Длинные пальцы вплетаются в мои мокрые волосы. Ощущение его прикосновения приводит меня в чувство. Сайлас отпускает моё горло и с удивлением смотрит мне в глаза.
— Милая, спасибо. Ты понятия не имеешь, какой подарок только что мне сделала.
Мои соски твёрдые, набухшие, они почти болят из-за возбуждения. На самом деле всё моё тело пылает и готово к большему.
— Ты меня не убил.
Он качает головой.
— Ну, естественно.
— Но проклятие. Я должна была умереть.
Сайлас хмурится.
— Какое проклятие? Я уже слышал, как ты о нём говорила.
— Думаю, именно из-за него мы вот так вот без причины притянулись друг к другу. Я проклята встречей лицом к лицу со своим самым большим страхом. Я думала, что это Блэкторны, но оказалось, что просто вампиры.
— Блэкторны, — бормочет Сайлас.
— Они убили мою прародительницу. Ну, приложили руку к её убийству. Это ужасно.
Сайлас кивает.
— Знакомо.
— Я… связана с Сарой, моей прародительницей. Не просто связана. Мы делим душу. Я видела её глазами. Чувствовала то, что чувствовала она, когда за ней пришли. Я… не хочу закончить как она.
— Ты и не закончишь. Нет, если у меня есть что сказать по этому поводу.
Я встречаюсь с ним взглядом и наблюдаю, как ожоги на лице медленно заживают, делая его совершенным и опасным для моей силы воли. Протягиваю руку и веду кончиками пальцев по резкой линии его подбородка.
— Потрясающий, — шепчу я.
— Всё дело в тебе. Спасибо, что отбросила в сторону страхи и дала мне укрытие. Спасибо, что дала кровь.
— Один шанс на миллион. Я действительно думала тебя убить.
— Знаю. Видел в выражении твоего лица. Ты похожа на открытую книгу.
Я не могу сдержать улыбку. Именно так говорила мне бабушка.
— В любом случае, если собирался мне причинить вред, то не смог бы обойти чары.
Заклинания, наложенные Персефоной для защиты дома, сильны, чтобы никто, кроме могущественной ведьмы, у которой было время разгадать магию, не смог их разрушить.
— Ты права. Я не намеревался причинять тебе вред. На самом деле, я собирался доставить тебе удовольствие. Если бы ты позволила.
По позвоночнику бегут мурашки от предвкушения.
— Ты уже это сделал.
— О, это было всего лишь начало. Ты моя. Ты создана для меня. Я чувствую это в твоей крови.
— Твоя?
— Моя пара. Не знаю, как это объяснить. Я думал, это что-то, предназначенное для обращённых вампиров, а не для рождённых, но всё во мне говорит, что я должен защищать и заботиться о тебе.
Этими словами он выбивает почву у меня из-под ног. Я не могу быть парой вампира. Я сделала всё возможное, чтобы держаться от них подальше, чтобы защитить от их вида мой ковен. Встав, я удаляюсь из досягаемости соблазнительного мужчины, нуждаясь в пространстве.
— Этого не может быть.
— Неужели ты настолько ненавидишь вампиров, что не можешь признать свои чувства?
Я хочу его. На самом деле, я хочу его так сильно, как никогда никого не хотела. Но не могу быть с вампиром. Так ведь? Не в качестве его пары.
