— Милая, не молчи, — произнёс собеседник ещё мягче. — Я не буду сердиться. Я думал, что вчерашняя ночь изменила наши отношения, — он нашёл, чем сломить её. Невольница поверила ласковому голосу, поддалась своему страху и предательским мыслям. Ей не хотелось возвращаться, не хотелось снова видеть Троя, но эти слова дали надежду, что его удастся обхитрить, не дать узнать о Саше, усыпить бдительность и, извернувшись, снова ускользнуть из ненавистных, но даже сейчас странно желанных объятий грубых рук.
— Я в больнице, — призналась Ева с наигранным вздохом облегчения, но напряжение всё росло в трепещущем сердце. — Боялась, что ты будешь злиться, надеялась вернуться к вашему приезду.
Из динамика послышался короткий выдох, мужчина стал действительно спокойным.
— Как ты туда попала? — спросил он с неподдельной заботой.
— Днём у меня поднялась температура, я пошла в аптеку и, — она секунду помедлила, — почти потеряла сознание. Какой-то добрый человек помог добраться до больницы.
— Хорошо. Значит ты на соседней улице. Я сейчас приеду, заберу тебя.
Девушка опешила от неожиданного заявления.
— Но… Но сейчас ведь ночь, — попыталась выкрутиться она. — Мне сказали, что часы приёма будут только завтра.
— Меня не волнуют их распорядки, — строго прервал Филипс, — я увезу тебя домой.
«Я увезу тебя любой ценой» — эхом другого — доброго и тёплого голоса отозвались слова пленителя в застывшем сознании. Всё вокруг поблекло, вновь накатившая волна паники заставила руки похолодеть, а голос задрожать.
— Хорошо, — ответила Ева и поспешила положить трубку, пока рычащий голос из динамика не убил её и без того слабую веру в чудо.
Она судорожно перебирала в памяти цифры номера Саши, дикий ужас не давал ничего вспомнить, и хоть разговор с Троем закончился только что, ей казалось, что демон уже здесь, уже за дверью, вот-вот войдёт сюда и навсегда преградит дорогу к спасительному свету забытого, но всё ещё любящего дома. Наконец последняя цифра, вроде он — тот телефон, но вместо гудков приятный женский голос сообщает, что аппарат абонента выключен. И это звучит как приговор, автоответчик выписал билет на эшафот в один конец. Уронив телефон на сероватую больничную простынь, беглянка начала глазами искать хоть что-нибудь, что могло бы помочь — всё, что угодно. Хотя, что в больничной палате могло дать ей надежду на спасение? И всё же надежда вспыхнула — взгляд упал на кнопку вызова дежурной медсестры. В панике девушка нажала на неё раз двадцать и продолжала бы жать, если бы в палату не влетела перепуганная заспанная женщина в белом халате нараспашку. Она шальными глазами глядела на бледную пациентку, видимо, ожидая увидеть её в гораздо худшем состоянии.
Запинаясь от страха и спешки, Ева на ломаном языке объяснила, что ей срочно нужна бумага и ручка, получив в ответ удивлённый и даже раздраженный взгляд, она разрыдалась, просто не зная, как ещё убедить собеседницу. Слёзы сработали — женщина достала из кармана небольшой блокнот и карандаш, протянула блондинке с недоверием. Та быстро написала на листке несколько предложений, вырвала его из тетради, сложила вчетверо и вернула дежурной. Кое-как она растолковала, кому и когда нужно отдать послание, снова расплакавшись, просила не забыть, обязательно сделать всё точно, потому что от этого зависит её жизнь. Сестра подозрительно глянула на девушку, убрала обратно в карман блокнот вместе с посланием и пообещала передать молодому человеку, который придёт утром. Она вышла из палаты как раз вовремя — минуту спустя, сюда ворвался взволнованный Трой. Он испытующе глянул на пропавшую любовницу, но бледное лицо с лихорадочным румянцем и припухшими красными глазами, заставило его быстро остыть, отметая сомнения.
— Ты ещё не переоделась? — спросил он безо всяких приветствий и нежностей.
Ева посмотрела испуганно на стопку одежды на стуле, снова подняла взгляд на мужчину.
— Тебе разрешили меня забрать? — спросила она нерешительно, скорее чтобы просто бессмысленно потянуть время. Сомнений, что мучитель увезёт её, даже если это было запрещено, не возникало.
— Можно считать, что я тебя выкупил, — усмехнулся он и подошёл ближе. Опустившись на койку рядом с девушкой, хотел было поцеловать, но она поспешила уклониться, потянувшись за своими вещами. Горделивый покровитель подозрительно прищурился, бросил на неё ревнивый взгляд, но промолчал.
Быстро одевшись, невольница последовала за ним по больничному коридору. Проходя мимо поста медсестры, она посмотрела с мольбой на растерянную женщину, но поспешила отвести взгляд, пока та не спросила что-нибудь о записке. Оставалось только надеяться, что она всё-таки передаст послание Саше, иначе… А что иначе, беглянка решила не думать. Угнетающих мыслей хватало и без того.