— Что, не будешь больше со мной целоваться? — мужчина тихо, но весело засмеялся. Этот смех тут же заставил Еву забыть обо всём их разговоре и влюблёнными глазами уставиться на спутника. Тот, заметив её взгляд, всё ещё улыбаясь, непонимающе нахмурил брови.
— Ты так красиво смеёшься, — увлеченно вздохнула она. Тимор чуть не подавился от этих слов.
— Неожиданно, — произнёс он с подозрительной усмешкой.
— Да нет, — Ева снова вздохнула и перевела взгляд с собеседника на дорогу под ногами, — просто ты всё время был таким серьёзным, иногда даже чересчур, а сейчас совсем другой. Я сначала даже подумала, что это смена образа и одежды на тебе так отразилась, — она наивно улыбнулась. — Надеюсь, что это всё-таки не так.
— Конечно, нет, — мужчина чуть наклонился и легонько поцеловал её в бархатистую щёку. — Раньше я просто боялся быть ближе и потому держался спокойным. Теперь холодная маска ни к чему, ведь я могу быть рядом.
«Пусть даже ненадолго» — мысленно закончил он фразу, стараясь не дать грусти появиться в своём взгляде. Ева ласково улыбнулась и покрепче прижалась к широкому плечу.
Они давно покинули тесную улочку и сейчас свернули на широкую дорогу, разделяющую два района города. На одной стороне улицы ютились небольшие белые домики, а напротив, за низкими коваными заборчиками, растянулся «английский квартал» — дома из красного кирпича, часто плотно прилегающие боковыми стенами друг к другу, с бордовыми, синими и зелёными входными дверями, деревянными рамами под цвет, на больших квадратных окнах, с покатыми черепичными крышами и почти пустыми маленькими двориками. Эта сторона улицы очень походила на кварталы маленького тихого городка, который Ева совсем недавно видела на картинке в одной из своих книг. Вправду сейчас архитектура города совсем не интересовала её, увлечённая разговором со спутником, она даже почти забыла о преследователях, да и о самой цели пути. Тимор, хоть и был увлечён не меньше, всё же, не забывал незаметно смотреть по сторонам и прислушиваться. На улице было подозрительно тихо — редкие прохожие спешили по своим делам, не осмеливаясь даже взглянуть на беззаботно болтающих путников, ставни на окнах первых этажей были закрыты, во всех остальных окнах были плотно задёрнуты занавески. По всей видимости, люди боялись, причиной тому могли быть новости о ночных убийствах в городе — это было невероятным событием для относительно тихого мирка.
Солнце постепенно заволакивали густые облака, видимо, собирался дождь, Ева и Тимор прибавили шагу. Мужчина пару раз заметил подозрительные тени в проулках и дворах, за ними явно следили. Но сколько преследователи будут бездействовать? На этот вопрос не пришлось долго ждать ответа — спустя двадцать минут, после того, как путники покинули монастырь, первые враги показали себя. Метрах в двадцати впереди из какой-то подворотни вышли трое и преградили паре дорогу, не двусмысленно грозно глядя на беглецов. Заметив это, Тимор слегка отстранился от спутницы и жестом приказал ей оставаться на месте. Девушка испуганно смотрела то на незнакомцев — приличного размера мужчин, весьма брутальной наружности, то на своего возлюбленного, спокойным шагом приближающегося к ним. В момент, когда ему оставалось пройти пару шагов, и один из нападающих сделал первый выпад, она зажмурилась и от страха закрыла лицо руками. Ева старалась не слушать звуки драки, они казались настолько противными и пугающими, что от дрожи начинали подкашиваться ноги. Когда к ним добавился ещё и металлический звон, девушка чуть не потеряла сознание, но, пересилив себя, чуть приоткрыла один глаз и посмотрела на происходящее сквозь пальцы: двое мужчин лежали на земле, то ли без сознания, то ли мёртвые, третий нападал на Тимора. В руке его что-то блеснуло, снова раздался звон, и зрительница опять зажмурилась. Буквально через несколько секунд лицо овеял лёгкий ветерок, и она почувствовала, как сильные мужские руки подхватывают её тело.
— Трусишка, — прозвучал нежный хрипловатый голос у самого уха. Она открыла глаза и растерянно прижалась к груди спутника, который уже бежал по жёлто-коричневой брусчатке дороги с ней на руках. Ева заметила, что пальцы правой руки, которая сжимала сейчас её плечо, испачканы кровью, алые пятна быстро расползались по светлой ткани платья.
— Ты ранен? — спросила она, испуганно глядя в невозмутимые тёмные глаза.
— Нет, — сдержанно ответил Тимор, — это не моя кровь. Прости, что испачкал платье, — добавил он с виноватой улыбкой.
— А те трое? Они умерли? — лицо девушки снова начинало бледнеть.
— Возможно, — мужчина бесстрастно поднял одну бровь.
— И ты так спокойно об этом говоришь?
— Сейчас не время паниковать, мы, кажется, уже разговаривали об этом.
— А можно не убивать их? — она прикрыла глаза и уткнулась носом в чёрную ткань пальто.
Спутник рассержено глянул на неё, но тут же смягчился и тихо ответил: