Его вопрос вызывает несколько смешков, но я полагаю, что он справедлив.
— Ева останется на занятиях, которые я преподаю, но профессор Ниткин будет оценивать ее работы и экзамены, чтобы избежать возможного вопроса о фаворитизме.
Оак оглядывает остальных учеников.
— Кто-нибудь еще?
Мой желудок сжимается, когда я вижу, как Дмитрий поднимает руку.
— Что, Дмитрий? — Оак огрызается, напряжение нависает над ним.
— Так вот почему Вы напали на меня на вечеринке в руинах, профессор? — спрашивает он.
Мы ожидали, что он не откажется от этого глупого заявления о нападении. Возможно, это правда, что он ударил Дмитрия, но Дмитрий пытался облапать меня.
— Ты имеешь в виду тот случай, где я защищал Еву, когда ты пытался сорвать с нее трусики, а она кричала, чтобы ты этого не делал? — Спрашивает Оак самым спокойным голосом.
Щеки Дмитрия краснеют, и он избегает взгляда Оака.
— Неважно, — говорит он, махнув рукой.
Многие студенты смеются над ним. Надеюсь, на этом вопрос исчерпан, но если он продолжит в том же духе, мы будем бороться.
— Есть еще бесполезные вопросы? — Спрашивает Оак. Его встречает тишина, и он кивает. — Хорошо, тогда отправляйтесь на завтрак.
Все студенты болтая, поднимаются со своих мест и направляются из зала в сторону столовой. Наталья, Адрианна и Камилла задерживаются, подзывая меня.
Я поворачиваюсь к Оаку.
— Увидимся позже. Я собираюсь позавтракать с подругами.
Он улыбается и скользит рукой по моей шее, притягивая к себе для быстрого поцелуя.
— Хорошо, не опаздывай вечером домой.
Мои щеки пылают и я нервно сглатываю, когда оборачиваюсь и вижу, что несколько студентов таращатся на меня. Я спешу к Наталье.
— Не могу поверить, что ты замужем за этим Богом-мужчиной, — говорит она, качая головой.
Я наклоняю голову.
— Ты хочешь сказать, что он не в моей лиге?
— Нет, Боже, нет. Ты великолепна, но он наш гребаный директор.
Камилла смеется.
— Возможно, я попытаю счастья с Ниткиным.
Мы все смотрим на нее как на сумасшедшую.
— Что? Он горячий.
— Ага, и чертовски сумасшедший, — говорит Адрианна, закатывая глаза. — Никто бы добровольно не связался с этим мужчиной. Он садист.
Щеки Камиллы краснеют, но она пожимает плечами.
— Это не умаляет того, насколько он великолепен, и теперь я знаю, что это возможно… — она смеется. — Впрочем, я шучу.
— Ладно, — говорит Наталья. — Дело твоё.
Я качаю головой.
— Нам лучше приступить к завтраку, пока не съели всю вкусную еду.
Наталья берет меня за руку.
— Теперь я понимаю, почему ты так хотела провести зимние каникулы здесь, наедине, — она делает ударение на последнем слове, и я не могу удержаться от улыбки.
— Да, прости, что не рассказала тебе, но это было слишком рано. — Я мотаю головой. — Я никогда не ожидала, что мы поженимся.
— У меня действительно есть к тебе претензии. — Наталья дуется на меня. — Какого черта я не была твоей подружкой невесты?
Я смеюсь, качая головой.
— Потому что мы никого не приглашали.
Когда мы входим в столовую, Джинни Дойл заступает нам дорогу.
— Какого хрена тебе надо теперь, Дойл? — Спрашивает Камилла.
Она поднимает руки вверх.
— Я просто хочу отдать должное Еве за то, что она подцепила самого горячего учителя в школе. — Она выглядит искренне впечатленной. — Я недооценила тебя, Кармайкл. Или лучше сказать, Бирн?
— Просто Ева подойдет, — невозмутимо отвечаю я.
— Справедливо. — Она протягивает мне руку, и я настороженно смотрю на нее. Я беру её и пожимаю, зная, что если покажу страх, это поднимет ее эго. — Поздравляю, Ева. — Она подмигивает и уходит, чтобы сесть обратно с Анитой и Керри, двумя девушками, которые напали на меня в мой первый вечер здесь.
Получить ранение было ужасно, но в каком-то смысле, я думаю, это быстрее сблизило нас с Оаком. С той ночи между нами возникло напряжение и с тех пор только нарастало.
— Что все это значило? — Спрашивает Адрианна, когда мы занимаем свои места за нашим обычным столом.
— Без понятия, — говорю я.
— Ты, наверное, завоевала восхищение и зависть всех девушек в школе, — говорит Наталья, оглядываясь на взгляды, которыми нас окружают. — Практически каждая была влюблена в задумчивого и сварливого директора Бирна, а ты надела на него кольцо.
Адрианна смеется.
— Все еще не могу в это до конца поверить. Я имею в виду, что это безумие, верно?
— Да, — говорю я, ухмыляясь. — Хотя Оак ожидает некоторых последствий от родителей, когда информация распространится.
Камилла взмахивает рукой.
— Большинству родителей наплевать на то, что директор женился на ученице. В конце концов, теперь он занят. Мой отец даже глазом не моргнул бы, услышав эту новость.
— Мой тоже, — соглашается Адрианна. — Не похоже, что это обычная школа.
Я расслабляюсь под их заверениями, однако Оак уверен, что некоторые родители поднимут бурю. Нам придется разобраться со всем, когда это произойдет. А пока я собираюсь наслаждаться своим новым статусом, и игнорировать ненавистников.

Я поправляю свой рюкзак, пока иду по тропинке к коттеджу. Ощущение, что кто-то наблюдает за мной, заставляет волосы у меня на затылке встать дыбом.
— Ева, — зовет Элиас.
Мой желудок опускается, когда я поворачиваюсь к нему лицом.
