Вскоре на противоположный берег начали переправляться стрелковое и танковые подразделения. Они с ходу вступали в бой, оказывая поддержку войскам, находившимся на плацдарме. Совместными усилиями на ряде участков противник был отброшен.
Ранним утром 15 января 47-я и 49-я танковые бригады, продвигавшиеся вслед за войсками 5-й ударной армии, подошли к Пилице. Поиски бродов не увенчались успехом. Полковник Т. П. Абрамов уже знал, что действующие южнее стрелковые части захватили мост. Он немедля повел туда бригаду, чтобы переправиться, а потом, повернув на север, выйти на свое направление, Этому примеру последовал и командир 47-й танковой бригады полковник П. В. Копылов. Но пробиться к мосту было не просто. Сюда со всех сторон подходили стрелковые части. Пришлось танкистам стать в «живую очередь». В то время это была единственная мостовая переправа на направлении действий 5-й ударной и 2-й гвардейской танковой армий. Малозаметный на карте небольшой населенный пункт Михалув неожиданно приобрел важное значение.
Вместе с командиром 12-го танкового корпуса генерал-майором Н. М. Теляковым и начальником политотдела корпуса полковником А. А. Витруком к захваченному мосту в то утро выехал и я в надежде помочь нашим передовым отрядам быстрее переправиться через Пилицу. Что мы только там не увидели! Артиллерия разных калибров на конной и механизированной тяге. Автомашины и повозки с боеприпасами и другими грузами, санитарные машины, ремонтно-технические летучки, полевые кухни. Навстречу этому потоку с плацдарма, где гремел и разрастался бой, шли машины и подводы с ранеными бойцами, возвращались обозы с тарой за боеприпасами. Их пропускали без очереди.
Регулировать эти встречные потоки при одностороннем движении оказалось делом нелегким. И мы поражались выдержке и расторопности командира 237-го стрелкового полка подполковника В. В. Бунина, выполнявшего обязанности коменданта переправы и разбиравшегося в многоголосии просьб, требований и жалоб. Он каким-то особым чутьем улавливал, кого нужно пропустить немедленно, а кто может подождать. И все как должное принимали его решения. Образовавшаяся пробка стала рассасываться.
У переправы ожидали своей очереди и передовые отряды нашей армии. У танкистов неожиданно появился час-другой свободного времени. Стой в колонне и жди команду на очередное продвижение поближе к мосту. Я решил пойти в подразделения 49-й танковой бригады. Хотелось поговорить с людьми. Ведь до боя оставалось четыре шага…
— Давай заглянем к твоим ребятам, Дмитрий Иосифович, посмотрим, что они делают, — сказал я начальнику политотдела бригады полковнику Цыгану. Тот охотно согласился.
В голове бригады находилась рота старшего лейтенанта А. А. Аматуни. Мы уже рассказывали о воинах этого подразделения, которое отличалось особой спайкой. Около танка комсорга роты лейтенанта Олега Матвеева собрались комсомольцы Алексей Васильев, Владимир Пермяков, Александр Марков, Виктор Жиделев, Ншан Дарбинян, Николай Елкин, Василий Хлебников, Сергей Лепетюха, Николай Миненков, Григорий Попеловский и недавно принятый в ряды ВКП(б) Сергей Мацапура. Командиры танков, механики-водители, командиры орудий, заряжающие, стрелки-радисты тесным кольцом обступили комсорга. Жизнерадостный всезнающий Олег словно магнитом притягивал к себе товарищей остроумным словом, доброй шуткой, дельным советом. В роте все знали, что в любой обстановке Матвеев не подведет, поможет в беде, не пожалев ничего для товарища.
Когда мы подошли, разговор велся о сложившейся за Пилицей обстановке, об авангардной роли комсомольцев.
— Боевую задачу вы усвоили неплохо, настроение бодрое, — говорил Олег. — Значит, будем бить врага по всем гвардейским правилам. Хочу напомнить — мы завели личные боевые счета ненависти и мести фашистам. Надо ежедневно интересоваться, кто сколько уничтожил гитлеровцев, вражеской техники, какие захвачены трофеи. Всякий счет любит точный учет…
Слова комсорга вызвали оживленный комментарий. Матвеев подождал, пока утихнут страсти, а затем продолжил:
— Считать надо живых и битых гитлеровцев поштучно, без округления. Так же и захваченные и подбитые танки, самоходные орудия, пулеметы, автомашины, пушки. Записывать в боевые счета нужно то, что видел не только сам, но и весь экипаж и, конечно, командир танка.
Вместе с кухней в батальон прибыла почта. Танкисты бросились вначале за письмами и газетами и тут же стали разворачивать дорогие сердцу треугольники, делиться новостями из дому.
Я рассказал танкистам о героических подвигах подчиненных майоров А. И. Бельского и В. А. Гнедина из 5-й ударной армии, которые первыми вступили в бой и обеспечили выход нашей танковой армии на рубеж ввода в сражение.
— Так что мы у них в долгу, — сказал Елкин.
— Правильно…
