Вот уже мотопехотинцы достигли первых домов. И снова пример мужества и отваги подавал старшина И. И. Юрков. Вместе с бойцами своего отделения он уничтожил несколько гитлеровцев, окопавшихся за выступом полуразрушенной стены, и сразу бросился вперед, преследуя отступающих. Подчиненные старшины Юркова в числе первых пробились к центру города, взяли в плен около тридцати гитлеровцев и захватили в полной исправности несколько орудий противника. За мужество и отвагу, проявленные в январском наступлении, все воины отделения были отмечены правительственными наградами, а сам И. И. Юрков удостоен звания Героя Советского Союза.
Около пяти часов шел бой за Скерневице. И лишь когда над городом взвился красный флаг, водруженный Физиловым, выстрелы стали затихать.
В полдень 17 января внезапно подул северный ветер, и сразу похолодало. Завихрилась колючая поземка, наметая на дорогах, около оборонительных сооружений и строений снежные сугробы. К вечеру в направлении Варшавы артиллерийская стрельба начала утихать. Зато на западе и особенно в районе реки Бзура и ее притока Равки нарастал гул орудийных выстрелов. Там шли ожесточенные бои. Танкисты 2-й гвардейской во взаимодействии с другими объединениями, наращивая усилия, энергично вели наступательные действия по захвату и расширению плацдармов. Противник оказывал отчаянное сопротивление. Он пытался выиграть время для переброски резервов из глубины и других участков фронта, чтобы заблаговременно занять ими третий оборонительный рубеж по линии Торунь, Конин, прикрывавший иновроцлавское направление[6].
Разгадав замысел врага, командование 1-го Белорусского фронта решило усилить темп наступления. В частности, 2-й гвардейской танковой армии было приказано уже 19 января занять район Влоцлавек, Иновроцлав, Стшельно, а на следующий день выйти на линию Торунь, Коло. Следовательно, за три дня нам предстояло продвинуться в глубину вражеской обороны на 150–155 километров! Таких темпов, пожалуй, мы еще не достигали.
Военный совет армии решил выполнить эту задачу при одноэшелонном построении войск: справа — 9-й, в центре — 12-й танковые корпуса, на левом фланге — 1-й механизированный. Танковые корпуса должны были 18 января овладеть городами Гостынин и Любень, а мехкорпус — Лович и Кутпо. Попутно отмечу, что в одноэшелонном построении армия вела наступательные действия на глубину 220–230 километров.
Офицеры связи штаба армии тут же выехали с приказом на командные пункты корпусов, находившиеся неподалеку от строящихся через Бзуру мостов. Там сосредоточивались основные силы соединений в ожидании переправы на западный берег реки. Ожидание это несколько затянулось. Дело в том, что саперы здесь попали в более сложное положение, чем на Пилице. Заранее заготовленные мостовые детали были израсходованы. А поиск и доставка к реке необходимых лесоматериалов приносили немало хлопот: необходимо было рубить лес или разбирать брошенные строения, на что уходило драгоценное время. Поэтому строительство мостов шло медленно.
Образовавшуюся паузу танкисты использовали для приведения себя в порядок. Части и подразделения пополнялись горючим и боеприпасами. Техники рот и механики-водители проводили технический осмотр материальной части танков и самоходок. Им помогали другие члены экипажей.
С получением боевого приказа командиры, политработники, парторги и комсорги рот, агитаторы разъясняли воинам задачи наступления, помогали им более четко определить роль и место в предстоящих схватках с врагом. Эти же вопросы широко обсуждались на батальонных и ротных партийных и комсомольских собраниях. Коммунисты и комсомольцы получали конкретные поручения, главный смысл которых сводился к одному — быть впереди, личным примером отваги и мужества увлекать за собой личный состав. И как всегда перед боем, на собраниях рассматривались заявления бойцов и командиров с просьбой принять их в ряды ВКП(б) и ВЛКСМ.
Вечером радио принесло радостное сообщение о том, что столица Польши Варшава освобождена, и Москва салютовала доблестным войскам 1-го Белорусского фронта и 1-й армии Войска Польского двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами. Для польского народа наступил радостный праздник. Радовались этому событию и воины 2-й гвардейской танковой армии. Их ратный труд был замечен и оценен. В приказе Верховного Главнокомандующего в числа отличившихся упоминались и танкисты генералов Богданова, Радзиевского, Веденеева, Телякова, Кривошеина, артиллеристы генерала Пласкова, полковников Грехова, Колоколова, саперы полковника Бельского и связисты полковника Смолия.
Вскоре в части и подразделения поступили свежие армейская и корпусные газеты с этими сообщениями. На этот раз политорганы организовали доставку газет личному составу прямо из редакций. А на следующий день командиры и политработники уже вручали солдатам, сержантам и офицерам благодарственные письма.
