Пороки города Бэрмор полностью

Нравится боль… Возможно, у нас с ним больше общего, чем я думала.

– Кто сказал, что я боюсь? Но имей в виду, если ты всё же распустишь руки, я смогу за себя постоять.

– Ты в этом уверена, киска? – Ян поиграл бровями. – Девушкам очень нравится, когда я распускаю руки. Но, как я и сказал, всё только по обоюдному согласию. Если ты захочешь… – он вдруг запнулся. – В общем, только скажи, и я к твоим услугам.

Да ладно? Этот жутковатый маньячелло смутился?! То есть всё это время он не провоцировал, а заигрывал со мной?!

Но самое странное было даже не в этом. Хакер, ботаник, мозговой центр, отшельник, высокомерный зазнайка… На деле он оказался весьма дружелюбным парнем. Возможно, его шутки и были отстойными, но в них не ощущалось злобы. Ян и правда просто шутил, а не пытался меня унизить или разозлить. И он считал меня красивой, сексуальной, грациозной, хитрой и своевольной. Вот откуда это идиотское прозвище. Киска.

Разумеется, сексуальный интерес Яна в мою сторону не означал, что Ян тут же выболтает все их секреты и убедит парней в необходимости устранения Харонов. Однако его расположение много значило. И он показал свою уязвимость – смутился и не стал этого скрывать. А ведь для его имиджа это серьёзный урон. Неужели Ян начал мне доверять? Или он изначально хорошо ко мне относился?

На протяжении двух лет Кир вдалбливал мне, чтобы я держалась от этих парней как можно дальше. Он говорил, что они опасны и ужасно обращаются с девушками. Ну, с тем, что они не безобидные зайчики, я согласна. Однако по поводу обращения с девушками поспорила бы.

Да, парни ведут себя грубовато во многих моментах, но они приютили меня. Спрятали от Харонов. Не бросили на улице. Накупили мне кучу вещей. Причём недешёвых вещей. У меня никогда таких не было. И они не домогаются меня, хоть по их взглядам и видно, что все четверо были бы не прочь мне присунуть. Алекс может врать сколько угодно, но язык тела его выдаёт.

В общем, я склонялась к тому, что стоит дать им шанс. Вполне возможно, они не такие уж и плохие, какими их выставлял Кир.

Быть может, мы найдём общий язык и вместе расправимся с Харонами. Потому что теперь я уже не хочу эгоистично использовать этих парней. Я хочу стать для них своей. Как Кир когда-то.

– Так что вы с Яном делали, пока нас не было? – поинтересовался Макс, передав мне миску для соуса.

Сначала парни хотели просто заказать пиццу, однако, когда я сказала, что делаю вкусную, Макс вызвался мне помочь.

Сегодня они отменили свои дела, и днём мы все вместе ездили на кладбище. Парни купили два места – для Кира и мамы. Их надгробия установили рядом с могилой Лейлы. Теперь факт того, что я осталась одна, официально подтверждён табличками, прибитыми к каменным плитам. Дерьмо…

– Анже́лика? Всё в порядке?

В ответ на моё молчание Макс продолжил:

– Я понимаю. Правда. Это ощущение, оно будет терзать ещё долго. Но ты должна помнить и хорошее. Сейчас рана слишком свежа, и ты винишь себя. Однако разве они бы хотели, чтобы ты взвалила на себя груз вины? Что сказал бы Кир? А твои сестра и мама? Они все желали тебе счастья. Они любили тебя. И будут любить вечно. Вот здесь, – он развернул меня и положил руку над моей грудью. – Они всегда будут здесь. И здесь, – Макс дотронулся пальцем до моего виска. – Они с тобой, бегунья.

Я сглотнула слезливый ком и судорожно втянула воздух. Слёзы так и не шли. Облегчение не наступало. Да и могло ли наступить?

– Ты… тоже терял кого-то?

– Да.

– И как ты с этим справился?

– Хреново на самом деле. В какой-то момент я скатился на самое дно. Меня вытянули вот эти придурки, – Макс указал в сторону гостиной, где расположились Алекс, Ян и Вик. Они громко болтали и смеялись. А вот мне было совсем не до смеха. – Жизнь продолжается. И ты должна продолжать наслаждаться тем, что она может предложить тебе. Иначе в чём смысл?

– Я понимаю, но…

– Знаю. Это паршиво. Мы рядом, бегунья. Мы с тобой.

Кивнув, я натянула улыбку. Макс прав, Кир, Лейла и мама меньше всего хотели бы видеть меня отчаявшейся. Я должна отомстить за них. Я должна продолжать жить и идти к цели. Я не могу сдаться.

– Спасибо вам.

– Не стоит, Анже́лика. Теперь мы семья.

– Семья? А не быстро ли ты вас в мои братья записал? – я усмехнулась. – Передай соль, пожалуйста.

– Кто сказал, что мы тебе в братья набиваемся? Семьи, знаешь ли, разные бывают.

Я чуть не поперхнулась, а Макс невозмутимо поставил передо мной банку с солью, прислонился к столешнице и не сводил глаз с миски, пока я замешивала соус.

– Впечатляет, – протянул он, когда соус был готов.

– Мама иногда помогала на кухне в кафе, где работала официанткой. Готовить я научилась у неё.

– Тогда я порежу маслины, курицу и помидоры, а ты натри сыр. Спорим, с ножом я управляюсь ловчее тебя?

– Даже не сомневаюсь.

– А нам можно присоединиться? – спросил Вик, возникнув рядом так неожиданно, что я вздрогнула. – Я могу раскатать тесто. Оно ведь уже настоялось.