– Если вы хотите продолжать этот маскарад, воля ваша, – вступил в беседу явно не склонный к долгим прелюдиям Руднев. – Я оставляю здесь эти документы, «совершенно случайно», конечно. В них излагаются предложения Государя Императора Всероссийского Николая Александровича своему царственному брату, Божественному Тэнно Страны восходящего солнца. Ознакомьтесь с ними, любезнейший, и обдумайте мою просьбу: как можно быстрее организовать визит в Токио нашего полномочного посланника с этими предложениями. Если вы, многоуважаемый господин «портной Ляо», найдете способ оперативно передать эту информацию в Японию, то вы, мастер кройки и шитья, окажете огромную услугу обеим нашим империям. Но вашей – в куда большей степени, полагаю…
Поразмыслите о том, милостивый государь, что лично вы сможете сократить на несколько недель или месяцев войну, которая, в силу совершенной очевидности исхода, уже не нужна ни одной из сторон, но которая каждый день уносит сотни жизней солдат и матросов, как русских, так и японских. Последних, как вам хорошо известно, несколько больше. Жду вас завтра к обеду у себя на Светланской. Приносите… ну, не знаю, хоть костюм, хоть телогрейку, если хотите. Но если вы завтра не появитесь, то через три дня вас и ваших подельников начинают искать. Честь имею!
С этими словами он встал и в сопровождении своего молодого спутника, ни на секунду не спускающего с «китайца» Ляо спокойного, цепкого взгляда, решительно двинулся к выходу.
– Подождите, пожалуйста, господин вице-адмирал. – Голос, раздавшийся за спиной направляющегося к дверям Руднева, явно не принадлежал старику, казалось, говорит другой человек. – Раз ко мне пришли лично вы, а не филеры или жандармы… Значит ваше предложение, безусловно, заслуживает внимания. Вы слишком преданы России, чтобы согласиться служить моему императору. Про меня можно сказать то же самое в отношении вашего. Вы наверняка об этом догадываетесь и не будете пытаться меня завербовать…
Господин Балк, это может привести только к никому не нужной конфронтации. Можете опустить пистолет, который вы держите под полой шинели. Я слишком заинтригован тем, что предложил ваш многоуважаемый адмирал, чтобы делать рискованные, необдуманные шаги. Я в данный момент не вполне понимаю, какие цели вы преследуете, господа, но тотчас ознакомлюсь с вашими документами. И обещаю мой ответ завтра до полудня. Кстати, господа, вы совершенно зря отказались от чая. Он поистине превосходен…
Но назавтра Ляо не пришел. Он появился у Руднева еще до заката солнца. Сказав часовому, что принес для адмирала заказанный им костюм, портной был пропущен в кабинет. Где его уже ожидали пять человек.
– Ваши императорские высочества! Господин адмирал, ваше превосходительство! Господа офицеры! – по-военному четко, отбросив акцент и ненужную больше маскировку, с коротким, упругим поклоном отчеканил приветствие кадровый японский разведчик Фуццо Хаттори. – У меня просто нет условного кодового сигнала, чтобы немедленно передать во Дворец или Министерство иностранных дел предложение о мире. Посланное обычным путем донесение будет идти до Японии минимум неделю, и еще столько же ответ. Но у меня есть кодовый сигнал, после которого телеграфное сообщение ляжет напрямую на стол одного из гэнро[8]. И если вы действительно намерены поторопиться…
– Вам немедленно предоставят неограниченный доступ к телеграфу, передавайте что хотите, любым кодом, – понял суть проблемы Балк. – Какие-то еще вопросы?
– Да, – замялся Хаттори. – Чем я смогу доказать, что вы действительно выполняете волю самого императора Николая Александровича, а не действуете по своей личной инициативе? Согласитесь, слишком странный способ заключения мирного договора. С инициативой от… от получившей определенный военный перевес стороны. И к тому же не через дипломатические каналы, без приличествующих моменту международных посредников…
– Кроме меня здесь присутствуют великий князь Михаил Александрович, брат императора, и великий князь Кирилл Владимирович. Я полагаю, этого достаточно для подтверждения моих полномочий? – поинтересовался Руднев. – Здесь же присутствует капитан 1-го ранга Русин, который уполномочен лично доставить указанный документ и вести переговоры от имени России. Что до наших дипломатов и особенно посредников… Международных… Они сделали все, чтобы эта война началась. Я думаю, наши сюзерены могут как им, так и всему остальному миру показать, что закончить ее способны без постороннего вмешательства, не так ли?
