— Ну, ты подсади меня. Я встану тебе на плечи и залезу туда,- сказал Крот и, увидев недоумение на лице Чини, добавил, — А по другому никак.
«Совсем 'охренел»«, — мелькнуло в голове у Чини. — 'Будет он меня своими ногами топтать.»
— Ладно. Присядь! Я сам встану тебе на плечи,- ответил Чиня.
Уперев ладони в скалу, Чиня встал на плечи Кроту.
— Поднимайся!- проговорил Чиня.
Крот, кряхтя, выпрямил ноги. Лицо Чини показалось над краем уступа.
Витёк, увидев появившегося зэка, подскочил к краю уступа и изо всех сил ударил его ногой в лицо. Чиня грохнулся вниз.
— «Ссука»! Да я тебя на мелкие кусочки нашинкую! Я тебя по живому настрогаю!- заорал Чиня.
— Давай наверх!- рявкнул он Кроту.- Если будешь падать, успей его схватить за ногу. Чтобы вместе оказались внизу.
Чиня присел на корточки возле скалы.
— Ну всё, «пидор»! Вешайся! «Хана» тебе! — заорал Крот, вставая на плечи Чине.
Витёк снова бросился к трещине в скале. Вставив ступню в трещину Витёк смог сделать два шага вверх, но снова сорвался на площадку. «Господи, помоги мне, господи!»- взмолился мысленно Витёк. Витёк никогда не верил в бога. Но сейчас он готов был поверить во всех богов и аллахов. Всё равно. Хоть чёрт, хоть дьявол! Пусть хоть кто-нибудь ему поможет. Сердце в груди бешено колотилось. Да уже и не в груди! Оно колотилось уже где то в глотке, забрасывая ему в голову тугие порции крови и казалось, что вот-вот и оно выскочит из него наружу. Он вновь просунул руку в щель и с силой вбил плечо в трещину, прижавшись всем телом к скале. Удары сердца как будто выбивали дробь по скале. Бу-бум! Бу-бум! Бу-бум! Вдруг он почувствовал как что-то вязкое и липкое окутывает спину. В глазах потемнело и казалось, что он проваливается в эту темноту. Последнее, что врезалось в память, это журчание реки внизу и мысль,что сознание покидает его.
Крот осторожно выглянул из-за края уступа.
— Не понял,- пробормотал Крот.
Облокотившись на край уступа, Крот подтянул ноги кверху и оказался на площадке уступа.
— Эй, ты где! Ты куда, «сука», спрятался!- заорал Крот.
— Чё орёшь!- отозвался снизу Чиня.- Сбрасывай его вниз!
— А здесь нет никого!
— У тебя крыша там поехала что ли? Дебил!
Чиня отошёл на несколько метров от скалы так, чтобы снизу было видно площадку. На уступе стоял один Крот.
— Он, наверно, опять наверх «сквозанул»!- крикнул Крот.
— Ну, давай и ты за ним!
— Давай сам попробуй,- огрызнулся Крот.
Чиня отошёл ещё на несколько метров. На скале до самого верха не было больше никаких мест, где можно было спрятаться.
— Посмотри внимательно, может быть там нора есть,какая-нибудь!- крикнул Чиня.
— Тут щель есть,- ответил Крот.- Но он же не превратился в мышь, чтобы туда забиться!
— Ну, он же не мог испариться.
— В том то и дело, что испарился.
«Мистика какая-то.» Холодок пробежал по спине Чини. «Наваждение.»
— Ладно. Слазь. Уходить надо, -сказал Чиня.
Когда Крот подошёл к шалашу, Чиня уже орудовал в шалаше. Крот заглянул в него и, нарвавшись на грозный взгляд Чини, понял, что вдвоём они будут только мешать друг другу. Крот засеменил к трупу Вадика. Проверив у него содержимое карманов, стащил с него штаны и сапоги. Скинув с себя лагерную робу, примерил на себя штаны Вадика. Они оказались ему велики.
— У «жиртрест», жопу то себе отожрал,- раздосадовано проговорил Крот и пнул со всей силы труп Вадика.
Зато сапоги оказались ему впору.
— А вот это мой размерчик,- обрадовано пробормотал Крот.
Рубашка Вадика была запачкана в крови, и Крот сначала не хотел её брать. Но потом вернулся за ней. Пригодится. Дорога дальняя. Когда снял её с трупа, оказалось, что под рубашкой, на шее Вадика, висела какая- то плоская фляжка. Что-то тяжелое брякало во фляжке. Крот открутил пробку и высыпал содержимое на ладонь. Посыпались жёлтые крупинки. «Золото». Слово само собой всплыло в мозгу Крота.
— Мародёрствуешь, — раздался за спиной голос Чини.
Рука Крота дрогнула, и часть содержимого ладони высыпалась в траву. Крот спешно засыпал остальное во фляжку.
— Ну-ка, что там прячешь? Давай сюда,- сказал Чиня и протянул руку.
Крот повернулся к Чине и угрожающе проговорил:- Это моё.
— Твоё только сопли в носу и говно в жопе, — с усмешкой сказал Чиня.- Всё, что добыто непосильным трудом, поступает в «общак» и в дальнейшем будет распределяться поровну.
— Это моё, -снова, с угрозой в голосе, повторил Крот.
— Что же ты глупый то такой? Где бы ты сейчас был, если бы не я? Баланду бы хлебал лагерную. Кто ты есть то? Ты есть никто, и звать тебя никак. Забирай всё что «накрысятничал» и вали отсюда! Мне с крысами не по пути.
Чиня развернулся и пошёл к шалашу. Возле шалаша стояли три сумки и пузатый рюкзак. Чиня взвалил за плечи рюкзак, взял в руки три сумки и зашагал прочь в южном направлении. Учитывая сгорбившуюся спину Чини, поклажа была явно тяжёлая.
Крот сразу понял, что он остаётся один, а одному ему в тайге не выжить. Да и в последствии Крот имел на Чиню виды. У Чини была ясность того, чем он будет в будущем заниматься. У Крота впереди полная неясность.