Машка совсем не хотела высовывать свой нос из-под кучи одеял, как я её не старался разбудить. Пообещал облить холодной водой, но она мне не поверила. И правильно сделала. Потому что, для того чтобы добыть холодную воду, надо было сперва принести снега и растопить его в котелке на печке. Но он тогда превратиться уже в горячую воду. Поливать деток кипятком Минздрав не разрешает… А ждать, пока вода остынет и превратится в холодную — только зря тратить время. Была мысль просто притащить кучу снега и вывалить на спящего ребёнка. Но Минздрав и про снег что-то там говорил. Типа негоже деток в снегу купать.
Я плюнул на все попытки разбудить эту сонную тетерю и вылез из-под одеяла сам. Из-за подкинутых в печку свежих дровишек, температура в землянке уже была ближе к норме. Так что я стал думать, что приготовить нам на завтрак. Помощи от женской половины команды ждать не приходится. И это очень плохо. Пора устанавливать более строгую дисциплину. А то перекос получается. Девочка хочет поскорее повзрослеть? Да, ради бога… Только ведёт себя по-прежнему, как вредный и капризный ребёнок. Нет уж… Дудки. Права и обязанности — близнецы братья. Хочешь быть взрослой? Так и веди себя по-взрослому. Готовь еду, убирай дом, мой посуду…
Ладно уж. Так и быть. На охоту сам буду ходить. И, кстати… У меня там в заначке тушка лошадиная валяется. Консервы прибережём на чёрный день. А сегодня у нас будет свежая конина на завтрак. Надеюсь, что она там по-прежнему ещё свежая…
Я метнулся за свежим снегом, набил полный котёл и поставил на огонь. Устроился поудобнее перед печкой и закрыл глаза. А сам, в бестелесном обличье, отправился разделывать лошадиную тушу. Решил это сделать подальше от нашей землянки и поближе к логову волков.
Где матёрый волк устроил своё жилище я уже знал. Но не ожидал, что его чутьё развито настолько сильно. Не успел я ещё вытащить наружу лошадиную тушку, чтобы поделить её на части, как он уже вышел наружу и встал в полный рост, жадно втягивая ноздрями морозный воздух.
— Привет, Серый! — сказал я.
Но это моё приветствие, волчара, конечно же не услышал.
Зато он явно увидел, как на снегу появилась умерщвлённая мною ещё вчера лошадь в сбруе.
Нельзя не отдать должное выдержке этого матёрого хищника. Он отреагировал на появление ниоткуда такого количества мяса. Но не отступил и не бросился тут же рвать мёртвую, но ещё не застывшую тушу.
Волк стоял, гордо подняв голову. И только было видно, что его глаза внимательно следят за всем происходящим, а ноздри работают в усиленном режиме. Он не рычал, не скалил зубы… Он смотрел и ждал.
Неожиданно из норы вылез совсем ещё маленький волчонок. Смешной такой, мохнатый. Неуклюже переваливаясь на своих, ещё не окрепших лапах он сунулся было вперёд, туда, где так вкусно пахло свежей кровью, но его желания быстро обломала волчица. Она вылезла из норы, подхватила волчонка зубами за загривок и утащила обратно в норку.
Я улыбнулся. Сценка получилась забавная. Мне показалось… Нет. Наверное, всё-таки показалось. Или нет. Вот говорят, что кошки могут видеть нечто потустороннее, то чего не видят обычные люди. У меня было стойкое ощущение, что могучий волчара смотрит на меня. Не думаю, что он может видеть меня, но… Он чует меня. Ладно. Некогда мне заниматься тут натуралистическими исследованиями. В животе уже урчит от голода, да и в моей «норе» меня тоже ждёт голодный ребёнок.
Я спокойно и не торопясь стал отделять куски мяса, убирая их на хранение, а то, что оставалось, «резал» помельче, и складывал на волчьей стороне. Через минут пятнадцать всё было закончено. Я не стал дальше сидеть и смотреть со своей «невидимой» стороны на то, что будет делать волк. Я вернулся в землянку, оставив серого одного разбираться с внезапно появившимся перед ним мясом.
Вовремя вернулся. Снег в котелке уже растаял. Перед выходом мялась проснувшаяся Машка с пистолетом в руке. Впрочем, наученная мною вчера, моё тело она не трогала и усов сажей на моём лице не рисовала.
— Доброе утро! Тебе выйти надо?
— Да. Давай быстрей! А то я тут уже… А ты шляешься где-то с утра пораньше…
Я быстренько убрал одно из брёвен, перекрывающих выход, и маленькое сонное привидение с пистолетом в руке унеслось по своим неотложным делам, а я стал готовить мясо.
