Один бизнесмен попал в дорожную аварию, другой обгорел, пытаясь спасти от огня старинные рукописи. Тем не менее оба остались живы. Двум другим повезло меньше. Владелец инвестиционного фонда застрелился, узнав о своем банкротстве, певца вообще съела акула. Что общего между всеми этими событиями? Только то, что все в той или иной степени трагичны.
Но почему они заинтересовали сыщика, который работал на Константина Леденцова? Да, но ведь и сам Константин погиб, не дождавшись окончания расследования, и детектив стал жертвой несчастного случая, если верить официальной версии…
Надежда еще раз обошла квартиру покойного детектива, не нашла в ней больше ничего заслуживающего внимания и решила ехать домой. Долг призывал ее вернуться в лоно семьи. И хотя часть семьи, а именно любимый муж, в данный момент пребывал в командировке, дома оставался кот. Заброшенный и одинокий. Который по вредности характера не преминет наябедничать Сан Санычу про то, что Надежда где-то гуляла все дни. И будут у Надежды семейные неприятности. Так что нужно идти домой, чтобы задобрить кота.
Но на часах было всего полвторого, Надежда Николаевна подумала, что успеет еще кое-что поразведать, и набрала семизначный номер, который был нацарапан в альбоме рядом с портретом роковой брюнетки с горящими черными глазами.
Сначала в трубке раздались длинные гудки, потом их прервал щелчок, и немолодой хрипловатый мужской голос проговорил:
– Вы позвонили в «Лавку древностей». К сожалению, я сейчас не могу вам ответить. Если вы хотите приобрести подлинный старинный предмет интерьера или настоящее произведение
Лавка древностей…
Надежда вспомнила трогательный роман Диккенса и подумала, что человек, который дал своему магазину такое название, заранее вызывает у нее симпатию. Кроме того, ей просто понравился его голос. Да и улица Некрасова – это совсем недалеко.
Короче, уже через полчаса она остановилась возле магазина, над входом в который висела вывеска «Лавка древностей» – искусственно выцветшая, потертая, с надписью, выполненной в дореволюционной орфографии. Глядя на нее, можно было подумать, будто она провисела здесь не меньше ста лет.
Под стать вывеске была и витрина магазина. В ней красовались (если уместно применить в данном случае это слово) несколько старинных кукол с трогательными фарфоровыми лицами, в выцветших платьях и шляпках из пожелтевших кружев; старинный шахматный набор, где русские гренадеры и гусары противостояли французским драгунам и гвардейцам Наполеона; изящные статуэтки саксонского фарфора и прочие очаровательные, но совершенно бесполезные осколки прошлого. Все эти редкости покрывал толстый слой пыли, с несомненностью показывающий, что дела в магазине идут не слишком бойко.
Надежда толкнула дверь и вошла внутрь. При этом над головой у нее глухо звякнул медный дверной колокольчик.
Надежда огляделась. Магазинчик был совсем небольшой, полутемный и не имел ничего общего с теми роскошными антикварными салонами, каких много на Невском и Литейном, где в больших светлых залах выставлены прекрасно отреставрированные мебельные гарнитуры из красного дерева и карельской березы, китайские напольные вазы династии Цинь и прочие роскошные предметы старины. При взгляде на все это великолепие у понимающего человека невольно закрадывался вопрос: не изготовлен ли этот «антиквариат» трудолюбивыми китайскими мастерами?
В этом же магазине все было не такое броское, многие предметы нуждались в реставрации, предметы мебели и столовые приборы разрозненные. Однако во всем чувствовалось очарование подлинного прошлого. Надежда подумала, что название «Лавка древностей» удивительно подходит этому магазину.
За прилавком сидел пожилой мужчина, в облике которого тоже была какая-то удивительная подлинность. Ему было наверняка не меньше семидесяти лет, но, как и предметы старины, которыми он торговал, этот человек ничуть не стеснялся своего возраста и не пытался его скрыть.
Услышав звук дверного колокольчика, он оторвался от книги, которую читал или, скорее, просматривал, и поднял глаза на посетителя.
– Добрый день, – робко проговорила Надежда, не зная, как подойти к этому человеку, чтобы вызвать его доверие.
– Добрый день, – ответил антиквар, – чем я могу вам помочь? Вас интересует что-то конкретное?
Надежда пригляделась к выставленным за его спиной предметам. Самыми заметными из них были часы в виде бронзового дерева, на ветках которого сидели маленькие птички с глазами из разноцветных камней. Стрелки стояли на половине восьмого – то ли утра, то ли вечера.
– К сожалению, механизм этих часов неисправен, – проговорил антиквар, перехватив взгляд Надежды. – Когда-то они точно показывали время, а в полдень птицы пели на разные голоса и хлопали крыльями. Однако теперь их время прошло…
– И ничего нельзя сделать?
