- Отпор врагу, - подхватил судовщик, - только тогда удастся, коли спутаем ему карты. Времени на размышление Извольскому не дадим. Поставим его в неудобное положение еще и тем, что заставим действовать в неудобном месте, на виду, можно сказать, у всех! В разгар ярмарки или к ее разъезду движение от Макарьева до Нижнего весьма оживленным будет. Так что в сложном положении не мы, а враги наши окажутся!
- Справимся ли? - усомнился Петр. - Налетчиков ведь немало будет!
- Зато к отпору нашему, - повернулся в его сторону Сергей, - они не будут готовы! На борту расшивы мы, как в крепости, любую осаду выдержим!
- А вдруг стрелять начнут?
- Вряд ли. То не в их интересах. Зачем князю шум поднимать и доводить дело до следствия?
- Извольский уверен, - напомнил я, - что мы сопротивляться не станем. Как только бурлаки "Сарынь на кичку!" услышат, сразу падут ниц на землю!
- Тут-то мы их и разочаруем!
- Выходит, - уточнил Орлов, - нам тоже надобно оружие в руки брать?
- Придется, - подтвердил Желудков. - Иначе не отбиться от них! Только мы свои ружья солью зарядим.
- А они?
- Скорее всего - и вовсе холостыми патронами. Чтобы припугнуть.
- Допустим, - предположил Пятериков-старший, - отобьемся мы в первый раз от налетчиков. А не нападут ли они вдругорядь и уже посерьезнее?
- Времени у них на это уже не останется, - рассудил Желудков. - Да и не решится Извольский серьезную баталию затевать!
- Чтобы выполнить задуманное, бурлаки отчаянные потребны!
- Есть у нас на примете такие. Со дня на день их ждем.
- До выхода в путину, - заметил Кулибин, - надобно нам еще одно испытание водоходной машины провести. Завтра сюда гость весьма интересный для меня пожалует. В письме он себя путешественником и литератором отрекомендовал, а также покровителем разных искусств и наук. Зовут его Николаем Сергеевичем Всеволожским. Брат его двоюродный Усольскими соляными заводами владеет. В лучшем виде показать гостю водоходную машину надобно. Бурлаков для того в городе подрядить придется. И чтобы внимания к тому не привлекать, хочу я Александра о том попросить.
2
У пристани, рядом с которой происходила бурлацкая ряда, я замедлил шаг. Изображая довольного собой, бывалого судовщика, я лихо сдвинул набекрень высокую мурашкинскую шапку, потуже затянул кушак на алой рубахе-косоворотке. По этому праздничному наряду, одолженному мне Желудковым, бурлаки должны безошибочно определить во мне подрядчика.
Гомон от слившихся воедино сотен громких голосов я услышал еще издали. Бурлацкая ряда была похожа на тесто в квашне, которое поднималось и выпирало то в одном, то в другом месте. Чтобы попасть в самую гущу ее, требовалась немалая сила, а главное - сноровка. И того и другого в шестнадцать лет мне было не занимать! И все-таки вначале меня, как щепку на гребне волны, помимо моей воли повлекло куда-то в сторону, пока я не понял, что пробиться сквозь густую толпу можно только в одном случае: пустив в ход кулаки и локти.
Бурлацкие ватаги собирались в кружки, и было их так много, что стояли и сидели люди вплотную друг к другу. То тут, то там бурлаки показывали свою силу. Один поигрывал двухпудовой гирей, другой отрывал зубами от земли пятипудовый мешок с песком, третий стоял на руках. Однако большинство бурлаков, уверенных в себе, спокойно занимались своими делами - закусывали прямо на траве или просто обсуждали что-то между собой.
Подрядчики, в таких же нарядах, как и на мне, прогуливались вдоль живых рядов, приглядывались к разным артелям, щупали мускулы и, наконец, вступали в переговоры. Сцены эти живо напоминали мне продажу крепостных на Макарьевской ярмарке, с той лишь разницей, что здесь бурлаки торговались сами и отдавали себя в полную волю хозяев лишь на время путины.
Надеясь высмотреть самую лучшую артель, я несколько раз прошелся вдоль рядов, но так и не смог отдать предпочтение кому-то. Тогда я решился положиться на судьбу и заговорил с "дядькой" ближайшего кружка, тем более что составляли его рослые и крепкие, как на подбор, бурлаки.
- Эй, любезный, - начал я, как научил меня Желудков, - не хотите ли подрядиться до Саратова и обратно?
Староста живо обернулся ко мне, и морщины на его тусклом лице сразу разгладились.
- Хотим, как не хотеть, для того и вышли рядиться! По чем дашь?
- Как обычно, по десяти рублей.
- А мы бы запросили пятнадцать! Харчи ныне вздорожали, да и оброк барин завысил. Верно, ребята?
- Знамо дело! - откликнулись из кружка.
- Так вы не вольные, а крепостные! - сразу же разочаровался я и повернулся, собираясь отправиться на поиски другой артели. Однако староста цепко ухватил меня за локоть.
- Оброчные мы, верно! Но ты вглядись, какие молодцы у меня! Богатыри! В лямке третий год вместе ходим! Миром друг за друга отвечаем!