- У Извольского не дотянутся, - сказал Желудков, - купцы могут с другими помещиками договориться. Или сами налетчиков разыщут. Мы и знать не будем, когда и в каком месте нападут! Нет, уж лучше какая-то определенность! К тому же пусть супротивники наши в последний момент узнают, что мы планы переменили! Меньше времени у них останется на то, чтобы принять ответные меры!
- Что же ты предлагаешь, Сергей Афанасьич? - спросил Пятериков-старший. - Все по-старому оставить?
- Зачем же? Прибегнуть к хитрости необходимо, только к такой, чтобы не раскусили ее прежде времени. Мы с Иваном Петровичем долго раздумывали, как быть, и вот к чему пришли. Надо сделать вид, что у нас ничего не изменилось, выйти в путь свой и плыть до Макария. Там остановиться, якобы ярмарку осмотреть. А ночью обратно к Нижнему двинуть.
- Без клади? - уточнил Петр. - Для Петербурга то неубедительным может показаться.
- Зачем же? Полным трюмом мы еще здесь загрузимся, в Подновье.
- Каким же?
- Песком.
- Балластом?
- Ну да. Для описания путины, которое мы в столицу пошлем, состав груза значения не имеет.
- А не лучше ли у Макария чей-то товар взять?
- Слишком хлопотно. Да и нельзя в нашем положении врагу ниточку давать. Там за каждым шагом нашим следить станут. Сразу догадаются, что мы задумали. Заранее следует ко всему подготовиться. А изменение курса как можно дольше в тайне держать!
Учитель Орлов вздыбил остатки шевелюры:
- Здорово, здорово придумали! Только погодите, прибыли вы ведь никакой с Иваном Петровичем не получите от провоза балласта, одни убытки?
- Тут, Яков Васильич, как говорят, не до жиру, быть бы живу! Чем-то надо жертвовать: или коммерцией, или успехом предприятия!
- Такая путина, - определил Пятериков-старший, - больше на испытание походит. Так же, как и первое, четыре года назад, обойдется оно в копеечку! А скорее всего еще дороже! Что же, снова на свой счет примете его?
- Придется! - развел руками Иван Петрович. - Только помогите мне, друзья, убедить Сергея не вкладывать в сию пробу последние сбережения! Он и так мне бесценную помощь оказывает! А все расходы я беру на себя!
- Мы же компаньоны, Иван Петрович, - стал протестовать Желудков, следственно, и прибыль и убытки пополам!
- Во сколько сия путина обойдется? - спросил Орлов.
- Прикинули мы, рублей в триста, не меньше.
- Тогда, - предложил учитель, - пусть каждый из нас свою долю внесет! У меня тридцать рублей сбережено, без ущерба для себя могу ими пожертвовать. Я ведь холостяк, мне много не надо: была бы бумага, на чем писать, чай да табак!
- Мы с сыном, - заявил Пятериков, - сто рублей вкладываем!
- Право же, друзья, - приложил руку к сердцу Кулибин, - совестно мне от вас такие жертвы принимать!
- Перестань, Иван Петрович, - сказал Пятериков-старший, - мы бы тебе друзьями не были, ежели бы безучастно смотрели, как ты в новые долги входишь! Да и то сказать, стольким я тебе в жизни обязан, что никакими деньгами то не измерить!
- Так, Алексей Васильич, - поддержал его Желудков, - не посторонние мы все-таки люди! Половину оставшихся расходов я обязательно на себя беру! Иван Петрович от долговой ямы меня однажды избавил, и я не позволю ему попасть туда!
Как непохож был этот торг на те, которые мне довелось слышать у князя Извольского и на ярмарке! И снова, как когда-то со скоморохом, мне было неловко за то, что у меня за душой нет ни копейки и я не могу присоединиться к друзьям Кулибина, жертвующим последние сбережения на тайную путину, от которой зависит судьба водоходной машины!
- Мы еще не закончили путину обсуждать! - напомнил Орлов.
- Верно, - согласился судовщик. - Итак, будем считать ее второй пробой. Только куда более долгой и опасной, чем четыре года назад! Вместо одной версты на виду у всего города нам предстоит преодолеть дважды по восемьдесят и отразить как минимум одно нападение до зубов вооруженных налетчиков!
- Думаешь, все-таки выследят вас?
- Непременно! В лучшем случае, не ночью, так утром увидят, что мы с якоря снялись. Пока нагонят нас, мы уже одну или две перемены беспрепятственно пройдем. Где-то на середине пути придется с ними схватиться.
- Но ведь ночью быстро плыть не сможете!
- Почему же? На мачте отражательный фонарь установим, Иван Петрович уже приготовил его. С ним светло, как днем, будет, к утру одну перемену и пройдем. А догонят нас вряд ли раньше полудня! Пока обнаружат, что нас нет, князю доложат, догадаются, что не в ту сторону плывем, несколько часов потеряют.
- И никак нельзя столкновения избежать?
- Никак, - пожал плечами Желудков. - Пока что верховые быстрее нашей машины движутся!
- К сожалению, - добавил Кулибин, - совсем от нападения уйти - не в наших силах. На меньшее расстояние плыть смысла нет, в Петербурге такую пробу могут вовсе во внимание не взять, как и первую. А отменить приказ князя его дворовым - сие не в наших силах. Остается одно: дать сдачи противнику. Вообще-то я человек мирный, но другого выхода у нас нет!