— Ближайший поезд отходит только через два с половиной часа, но там остались только места в вагоны повышенного комфорта.
Почесав затылок (ох, и била меня мама в своё время по рукам, стараясь избавить от такой дурной привычки), я махнул рукой и весело подмигнув девушке, согласился:
— А давайте! Один раз живём!
Впрочем, когда она озвучила цену билета, я слегка приуныл — сумма получалась вполне приличная, тем более, для моего жалования подпоручика. Но я в очередной раз согласился — вознаграждение за поиск Терезы от пана Ковальского было ещё не тронуто, так почему бы не начать его тратить с пользой для себя и для дела?
Расплатившись в польских злотых, я тут же задал вопрос:
— Прекрасная панночка, не подскажете, где бы тут можно было оставить вещи на несколько часов, и, как бы пройти в ближайшее прекрасное заведение, дабы утолить свой голод?
— Камера хранения за углом! — Улыбнувшись, ответила девушка. — А дальше по улице есть шикарный ресторан. Вы его увидите. Там всегда у входа находится дворецкий в ливрее, мимо не пройдёте!
— А не ответите ещё на один вопрос? — Продолжая улыбаться, спрашиваю я.
— Да, конечно, пан офицер? — Кассирша приподняла на меня свои голубые глаза.
— А у вас случаем перерыв на обед не скоро наступит? Просто понимаете, я жутко не люблю завтракать один, особенно, в обеденное время… А друзья… Я проездом в этом городе и ещё не успел обзавестись ими. Может быть вы составите мне компанию?..
Наблюдая, как лицо девушки покрылось красным цветом, я едва не засмеялся.
— Если вы подождёте меня десять минут, я могла бы составить вам компанию… — Скромно ответила голубоглазая блондинка.
— Отлично! Тогда ровно через десять минут я буду вас ждать вот там! — Я аккуратно показал пальчиком на стенд с газетами, после чего также шуточно козырнул, и, подхватив свой чемоданчик, направился в сторону камеры хранения.
Девушка, чьего имени я пока ещё не узнал, появилась ровно через десять минут. Одета она была в лёгкое пальто бежевого цвета и аккуратную шапочку того же цвета. Подставив левую руку, и вновь улыбнувшись, я проговорил:
— Ведите меня, моя милая богиня… кхм…
Блондинка зардела и негромко представилась:
— Хельга!
— Ян! Очень приятно!..
Шли мы недолго, но за это время я вполне успел узнать немного и о городе-государстве: Вольный Город Данциг был образован в январе двадцатого года согласно Версальскому договору. На его территории находился как сам город Данциг-Гданьск, так и несколько сотен мелких населённых пунктов вокруг. В соответствии с решением Лиги Наций, город не входил ни в состав Польши, ни в состав Германии. В городе была создана своя военизированная полиция (с которой я уже повстречался), в которой служили не только местные, но и приезжие германцы…
— Представляете, неделю назад, на своё день рождение, мой брат пригласил офицера полиции и он, когда выпил и захмелел, во время танца мне признался, что он офицер СС, а я обещала… Ой! — Отстранившись от меня чуть в сторону, девушка прикрыла свой очаровательный ротик ладошкой, прикрытой перчаткой.
— А вы обещали, никому об этом не говорить? — Догадался я. — Не беспокойтесь, Хельга! Я никому не расскажу об этой тайне…
В своё время, читая об обороне Вестерплатте и боях за здание польской почты в Данциге-Гданьске я читал о том, что тут, в городе воевало какое-то подразделение СС. Это, конечно, были не те прекрасно обученные Ваффен-СС, что ломали оборону советских войск под Харьковом в сорок третьем, но… но и этих эсэсовцев хватило, чтобы перевесить чашу весов на германскую сторону. Если же предположить, что в составе местной полиции есть солдаты и офицеры СС, то… То они вполне могут подговорить местных полицейских к участию в погромах и дальнейших боях.
Интересная информация. Вот только что с ней дальше делать? А вот тут — чёрт его знает. Но сообщить об этом полковнику по прибытию в Варшаву — точно стоит!
Успокоившись, девушка тут же вновь обняла меня за левую руку, и мы пошли дальше. Правда, прогулка наша не отличалась большой продолжительностью — я обратил внимание на ресторан, над которым гордо веяла вывеска «Altes Danzig» готическим шрифтом. У массивных стеклянных дверей находился швейцар в богатой ливрее, который, стоило нам только подойти, тут же распахнул перед нами двери.
Желая поблагодарить мёрзнущего на ещё зимней (несмотря на весенний календарь) швейцара, я протянул ему в руки купюру в два злотых — не то чтобы очень много, но приятно. Помню, в своё время, когда там, в веке двадцать первом я работал в одном из предприятия общепита (а куда ещё податься студенту, который учится на очном обучении за свои деньги и ему необходим свободный график?), мне как-то дали на чай обычный полтинник — рад же я был тогда, будто бы мне в карман засунули купюру, тысяч так в пять рублей. А всё почему? Да потому что человеку всегда важно внимание! Деньги, конечно, тоже важны. Но… Внимание важнее что ли? Нет, не для всех, конечно, но всё-таки.
