- Если ты не будешь мне напоминать, что я для тебя ничего не значу, то я позволю тебе забыть свое истинное лицо, - бросил он и вышел.
Беда была в том, что он слишком много для меня значил.
***
Влад меня сторонился вот уже неделю, а я не пытался наладить контакт. Малой не горел желанием дразнить свихнутого вампа, с остальными я не общался принципиально, ну или они не общались со мной принципиально. Такое у нас было обоюдное принципиальное не общение. В общем, мне было скучно, и, чтобы развеять не самое излюбленное мной состояние, я отправился к Доку перекинуться парой фраз и совершить набег на его запасы травяного чая.
События развивались по старому сценарию: я зашел, никого не обнаружил, позвал, мне не ответили и я направился к лаборатории. Только на этот раз я не стал стучать, а тихо повернул ручку и отворил дверь. Как-то я задал Доку вопрос – почему он не запирает свою лабораторию. Оказалось, что Влад приходит в бешенство, когда натыкается на запертые двери. Да-да, куда не ткни, везде наткнешься на психоз в нашем альбиносе. Вот они последствия тяжелого детства с игрушками, прибитыми к полу.
Так вот… В этот раз я не постучался, и, попав в лабораторию, получил мощный удар по мозгу чужими эмоциями. Радость, надежда, предвкушение и страх. Выворачивающий на изнанку страх. А основой для всего этого служила мысль: «я покончу со всем ценной собственной жизни».
Когда мне удалось скинуть с себя те чувства, что мне не принадлежали, я направился вглубь комнаты, туда, где за стеллажами, заставленными банками с чем-то похожим на не-смотри-а-то-стошнит, засел Док. Я нашел его скрючившимся над микроскопом и полностью погруженным в собственные переживания.
- Так с чем Вы собираетесь покончить, Док?
***
Снова очередная бессмысленная адская пирушка. Хотя, почему бессмысленная? Смысл есть – развеять скуку. Но год за годом ничего не меняется, они видят развлечение лишь в смерти. Чужой смерти. Реки крови, груды окровавленной плоти, крики, предсмертные стоны. И их это радует. Забавляет. Другой радости им не дано, да они и не стремятся постичь что-то иное. Они мертвы, потому что не развиваются, не двигаются дальше.
Что я делаю здесь, сидя у ног Влада, как зверек на привязи? Да так, размышляю. Пытаюсь найти хоть что-то, за что можно зацепиться и дать этим нелюдям шанс на жизнь. Но нет. Ничего нет. И шанса у них нет.
Я посмотрел на альбиноса, лениво развалившегося в своем царском кресле, и отметил, что ему скучно. Влада не интересовало происходящее, оно его утомляло.
Меня затапливали чужая похоть, жажда, ярость, а Ему было скучно.
Я варился в их мыслях, чувствах, переваривал их безумие и пропитывался его смрадом. Я получил ответ на свой вопрос: спасать здесь уже нечего. Не осталось никого, до кого можно было бы достучаться. Этот ужас можно исправить... Вырезав всю свору бешеных собак.
Какое я имею на это право? А почему у меня, собственно говоря, нет на это права? Потому что не я дал им жизнь? Все мы создания Божьи? Кто я такой, чтобы вершить сомнительное правосудие? Только Он может распоряжаться нашими жизнями? Если это так, то либо мы забыли об этом, либо Он. К тому же здесь не пройдет принцип «Я тебя породил, я же и убью». Их родители - извращенный гениальный ум и пробирки. Кому вершить кару? Вперед пробирки, накажите своих зарвавшихся отпрысков!
Когда-то я читал книгу, очень старую и ветхую, с пожелтевшими и рассыпающимися страницами. «Тарас Бульба». Я читал её снова и снова и никак не мог понять, как отец посмел поднять руку на своего сына. Какое он имел на это право? Он дал жизнь, но только его сын мог выбирать, что с ней делать. Только он, потому что это его жизнь. Я ревел и слал проклятья на несуществующего Бульбу… А потом произошло то, что еще ни разу не происходило на моей памяти. Один из охотников, пропавших прошлой ночью, приполз с утра домой. Покусанный. Остальные были сожраны стригоями. Все мы прекрасно знали, что с ним будет дальше, но не один из нас не мог просто взять и убить парня. И пока он бился в конвульсиях, превращаясь в Бледного, мы стояли и глотали слезы, до тех пор, пока его отец сам не отсек сыну голову.
Я больше не перечитывал «Тараса Бульбу»…
Тогда мы еще не знали, что существует кровососы другого вида. Разумные, расчетливые, безжалостные. Вампиры жили себе в своем институте одним большим и счастливым змеиным клубком. Бездушные, без желания созидать, не имеющие цели в жизни, кроме как жрать от пуза… Они давно умерли, позволив засосать себя в Ад, легко смерившись со своим бесчеловечием. А раз так, то я всего лишь захлопну за ними Врата.
Я больше не сомневался в своих дальнейших действиях.
***
- Как ты уничтожил всех стригоев в прошлый раз? – спросил я Влада в лоб, догнав того в лесу.
Следил? Кто? Я? Что вы, я тут прогуливался при луне и случайно его заметил.
- Кто тебе рассказал? – ответил он вопросом на вопрос, продолжая идти в неизвестном мне направлении.
- Ликос, - был мой ответ.
Влад остановился.
- Как он узнал, что это я?
По правде сказать, Ликос этого не знал, это я ткнул пальцем в небо. Но Владу мы этого не скажем.
