Ингрид вскрикнула яростно за моей спиной:
- Сумасшедший!
- Риск, - сказал я, - благородное дело. А благородство пока что выше ума и вообще…
Боевик завалился на спину, Ингрид перепрыгнула через его тело, за столом на полу лежит, подогнув колени, связанный очень пожилой, Ингрид торопливо освободила его от кляпа и веревок, поддержала за плечи и усадила там же на полу под стеной.
- Отдохните, - посоветовала она, - потом помогу встать.
Он без испуга смотрел снизу вверх в ее раскрасневшееся лицо.
- Вы очень вовремя, - проговорил он с трудом очень сиплым голосом. – У меня руки затекли… Если снимете с рук браслеты, мне будет легче…
Она только сейчас заметила на его завернутых за спину руках полицейские наручники, ухватилась за его скованные руки, но, похоже, пришла без ключа, крикнула мне:
- Помоги поднять!.. Снимем в машине!
Я подхватил заложника под локоть, вместе подняли на ноги, а я пощупал браслеты, пальцы сами отыскали и поняли, как там и что, щелкнуло, я снял дурное железо с обеих рук и отшвырнул в сторону.
Ингрид вытаращила глаза.
- Как ты… Что у тебя за день везения?..
- Да, - согласился я, - пуля попала как раз в тот проводок, который нужно бы кусачками, а пальцы достались от карманника… Хорошо быть Франкенштейном.
Заложник усмехнулся, а Ингрид сказала ему быстро:
- Сейчас размассажирую. Это ничего, кровообращение восстановится… Чуточку пощиплет… Как себя чувствуете?
Он ответил так же сипло:
- Берегли.
- Прекрасно, - заверила она, - нам важно доставить вас живым. Иначе премии лишат.
- А большая премия? – поинтересовался он.
- В тройном размере, - сообщила она.
- Ой, - сказал он, - не уверен, что столько стою, но постараюсь, чтобы очаровательная женщина не осталась без нее.
- Давайте я помогу, - сказал я. – Наша миссия полулегальная. Что значит, разрешения у швейцаров не запрашивали. Так что сюда могут нагрянуть местные полицейские силы, но не хочется стрелять как бы в своих, хотя как для нас дураки могут быть своими?
Он невесело усмехнулся, ноги его подкашиваются от долгого сидения на полу, но мы помогли выбраться из комнаты, а там его подхватили Кевин и Сизмор, почти бегом пронесли по коридору к лестнице.
Ингрид крикнула:
- Надо проверить, вдруг кто там спрятался еще!
- Проверяй, - согласился я, - но через полторы минуты здесь все красиво и показательно взлетит в воздух. Получится аккуратная яма с неровными краями в полтора человеческих роста вглыбь. А вширь так вообще…
- Ну ты и свинья, - сказала она зло и бросилась следом за уносимым заложником.
Уже когда погрузились в вертолет, а тот рывком оторвался от грунта и резко пошел вверх и в сторону, Ингрид спросила с придыханием:
- Как тебе повезло попасть именно в тот проводок на взрывателе?
Я сказал легко:
- Не бери в голову. Господь обожает дураков и верующих.
- Свинья, - повторила она, но как-то неуверенно, - покажи как-нибудь мне этот трюк… Вообще даже не представляю, что можно вот так стрелять…
- Я целился, - сказал я, - тщательно. Хоть и недолго.
В ее глазах я рассмотрел тщательно упрятанные страх и восторг.
- Ты кто? – спросила она быстро. – Ты хоть человек?.. Или пришелец?
- Из будущего, - сообщил я. – И его на хвосте принес тоже… Как скворец весну. Или грач… Да, лучше грач. Он мрачный и черный.
- Какое будущее?
- Наплачетесь, - сообщил я.
Она тут же пришла в себя, такая манера действует лучше всего, огрызнулась:
- Свинья!.. Какое-то недоброе оно у тебя. Не верю.
- И снег, - сказал я, - и ветер, и звезд ночной полет… Но все равно будущее есть будущее, потому прекрасно в любом случае.
Внизу далеко среди зелени быстро вздулся кроваво красный волдырь, разросся, лопнул, в небу ударили желтые струи огня, тут же снизу начал вздыматься черный дым.
Когда вертолет опустился в тени невысоких гор, о за высокими деревьями, первыми вытащили единственного захваченного боевика. Я сказал недовольно Кевимну:
- А его зачем?.. Сейчас другие методы.
Он ответил виновато:
- Был приказ…
- Лучше допросить его сейчас, - сказал я. – А то устроят ему санаторий за счет наших налогов.
- Из Управления, - объяснял он, - требуют отправки в Центр…
- А там начнется долгое лечение, - ответил я, - то да се… А надо вот так…
Я подошел к боевику и грубо пнул ногой в рану. Тот громко застонал в агонии.
- Мы не следователи, - объяснил я. – Мы группа захвата. И сейчас пристрелим тебя, тварь, если не расскажешь все! Кто вас послал, сколько заплатили, кто за этим стоит… Ну?... Кевин, убей его!
Кевин тут же с охотой упер ствол автомата в висок боевика. Тот закричал:
- Не надо, я все скажу!
- Говори, - велел я и кивнул Кевину, - а потом пристрели за попытку бегства. Сошлешься на мой приказ. Понял? Я пойду переговорю с освобожденным заложником.
За высокой стеной деревьев тянется ухоженная роща, там в глубине такой же ухоженный домик, зовут их во всем мире альпийскими, а здесь это название подходит как никогда лучше, мы в сердце Альп.
Доктор Кендель сидит в дальней из комнат в глубоком кресле, и, несмотря на теплый тихий вечер, укутан до пояса теплым шерстяным пледом, а в бледных худых руках большая чашка кофе.
