Селифан вошёл к Эмме, как обычно, очень тихо, осторожными и тихими шагами подошел к её кровати. Эмма уже привыкла к такому его спокойствию, другое поведение её напугало бы, он казался бы ей рассерженным и злым.
Теперь уже Эмма стала ожидать его прихода, сама не понимала, почему? Она не любила его, по-прежнему думала, что ненавидит, но ей хотелось, чтобы он был рядом. Эмма временами думала, что это, может быть, даже каприз её, нежелание оставаться в комнате одной. И ей очень нравилось, когда Селифан сидит рядом с ней. Особенно тогда, когда она просит его об этом, - и он сидит. В такие минуты, когда он не отказывал ей в этом, она чувствовала свою силу, возможность оказывать влияние на него. А Селифан, если мог, никогда не отказывал ей в своём присутствии. Он любил находиться рядом с ней. А ещё больше его радовало и приводило в восторг то, что она желает, чтобы он находился рядом. Это же была и оставалась его самой большой мечтой. Он радовался каждой минуте осознания того, что она сбывается, очень медленно и всё же....
Селифан в эти последние две недели особенно часто навещал Эмму. Практически всё время находился у неё после работы и даже во время недолгих перерывов. Его это не тяготило, ведь приходил он к ней по её просьбе. Он так хотел этого... Селифан чувствовал себя как никогда счастливым, ведь теперь он мог осознавать, а главное безошибочно утверждать, что отношения между ними налаживаются. Селифану так казалось, и он не сомневался в этом. Каждый раз, входя в её комнату, он думал, что готов делать это ещё и ещё и столько раз в день, сколько Эмма попросит. Он даже готов был целыми днями сидеть у неё, лишь бы Эмма хотела этого, лишь бы рада была ему. Только раньше, когда она гнала его, ему тяжело было находиться у неё. Он не мог вынести обиду, которую она наносила ему. ***
- Я понял, зачем ты это сделала, - сказал Селифан, загадочно глядя на Эмму и поглаживая одной рукой её голову, как бы желая подправить ей волосы. Он специально заговорил с ней так, чтобы ей было непонятно. У Селифана имелась странная особенность: он очень любил, когда Эмма его о чём-то переспрашивает. Может быть, она выработалась у него вследствие желания поговорить с ней? Ведь Эмма долгое время отказывалась общаться с ним.
Теперь всё изменилось, но привычка Селифана сохранилась.
- Ты это о чём? - спросила она тут же, глядя на него весьма довольными глазами и даже с некоторой радостью на лице. Она хотела показать свою заинтересованность в разговоре с ним, и у неё это получилось. Селифан чувствовал, что от её слов исходит забота и понимание. Ему приятно было слышать её голос. И он думал о том, что хотел бы, чтобы она всегда была с ним так добра и мила.
Селифан не сомневался: она слушает его очень внимательно.
- Книгу выкинула тогда, - объяснил он. Селифан знал, что напоминание о том дне ей не понравится, ведь не сомневался в том, что она уже почти забыла неприятный инцидент. Но ему сильно хотелось поговорить с ней об этом. О том, о чём книга написана.
- Я тогда была не в себе. Не знаю почему, разозлилась очень.
Селифану было приятно слышать её объяснения, особенно такие подробные. Он радовался разговорчивости Эммы, ведь в такие минуты он начинал видеть её вновь такой, какой она была до того, как он её запер здесь: смелой и энергичной, весёлой и общительной. И ту Эмму он мечтал возвратить...Селифан долгое время боялся, что это, вероятно, уже невозможно.
- Не беспокойся об этом, я не обвиняю тебя, - сказал он, внезапно осознав, что его напоминание о её проступке выглядит как упрёк. - Я прочёл её.
- Понравилась?
- Это не очень удобный вопрос, - попытался он увильнуть от ответа.
- Она почти о тебе, ― сказала Эмма.
- Нет, ты неправа. Я бы никогда не стал бить тебя так.
- Но ведь бил же, - пожаловалась она.
- Это было всего три раза. И тогда ты меня специально старалась вывезти из себя. Будешь отрицать?
- Нет.
Эмме было неприятно отвечать на такие вопросы, но она старалась не показывать этого.
- Но ты права, я принёс тебе неподходящую книгу: автор только и делает, что описывает, как он её мучает. Подробности насилия...
- Он не насиловал её, - возразила Эмма, и в её голосе Селифан смог услышать нотки сочувствия и понимания по отношению к дикому преступнику, которого описывал автор романа. И хуже его он себе и вообразить не мог.
- Ты не дочитала. Дочитай роман, я принесу. Хочешь?
Селифан помолчал три секунды.
- Тебе тяжело его читать? - спросил он потом, поняв, что его предложение вновь принести ей эту книгу звучит крайне нетактично. Он понимал: её отношение к описываемому совершенно иное, нежели его. И потом, Селифан не хотел давить на неё. Простое человеческое любопытство заставляло его настаивать на том, чтобы Эмма всё-таки прочла эту книгу. И он не мог признаться ей, что она ему очень понравилась. Селифан читал её и радовался и убеждался в том, что он лучше того преступника, о котором книга, он с Эммой обходится менее жестоко. Селифан так думал.
