Селифан был поражён увиденным. Тело пострадавшего лежало лицом к небу, и казалось, он доживает последние минуты своей жизни. Он как бы безмолвно говорил об этом. А неподвижные глаза, не моргающий взгляд его внушали Селифану нечеловеческий ужас. Но больше Селифана поразило не то, что он уже лежал полуживым, а то, что он узнал в нём Роберта.., того самого Роберта, в ком неустанно видел соперника за любовь Эммы. Но последнее оказалось глупым, пустым соревнованием между двумя страстно влюблёнными людьми. Селифан только сейчас это осознал в полной мере. А ведь даже когда он узнал, что Эмма не из любви вовсе старалась стать к нему ближе, не понимал, что Роберт такая же жертва, как и он, безответной любви и её холодности. Селифан решил, что Эмма не способна любить, она может только влюблять в себя и уходить. И Селифан знал, почему она такая, знал про Максима... Роберт рассказал ему всю историю её жизни до самых мельчайших подробностей, когда пытался уговорить "оставить её в покое". Но Селифан не собирался этого делать, и не думал он, что она такая, что мстить будет всем своим последующим мужчинам из-за первой неудачной любви... Последнее предположение навсегда, казалось, утвердилось в его сознании. Иначе Селифан уже не думал. А вот Роберта ему жаль стало. Он ведь тоже ни в чем не повинен был, тоже просто любил и хотел отстоять её у него... И Селифану стыдно стало за то, что он плохого желал Роберту, его исчезновения желал. И в глубине души, Селифан не сомневался в том, что он когда-то даже и смерти желал ему, лишь бы он не мешал его отношениям с Эммой. И этот факт сейчас не давал ему покоя. Селифан чувствовал свою вину перед ним, хоть и знал, что авария эта не его вина. Просто Селифан понял, что желания иногда могут сбываться и даже самые дурные... он не хотел, чтобы с Робертом случилось именно это. Селифан понимал, что он уже никогда не оправится и вряд ли даже выживет.
- Это они всё... я за неё... - сказал Роберт, делая всёвозможные усилия со своей стороны, чтобы речь его была разборчивой и понятной Селифану. Но последний не понял его, не знал, что он этим хочет сказать.
- Кто они? - осторожно поинтересовался Селифан. Он не хотел загружать его вопросами, понимая, что каждый ответ и каждая мысль сейчас для него в тягость. Он говорил не громко, ни тихо, а так, чтобы Роберт услышал его и не подумал бы, что ему нет дела до того, что он говорит. Селифан очень хотел знать, что Роберт пытается сказать. Ему показалось, что во второй части своего предложения он хотел объяснить, то он из-за неё что-то... может, даже хотел сказать, что он из-за неё мог пострадать. Теперь уже Селифан допускал любоё событие, связанное с Эммой, любую подлость, любое преступление. Ее связь с Берном лишила Селифана всяческого доверия к ней.
- Заплатить нужное за неё...понимаешь... и увезти её. Ты сделаешь это?
- Нет, я не могу. И денег нет, и не любит она меня. Не любит ни тебя, ни меня, никого, - объяснил Селифан и старался этим показать, что уже не относится к нему враждебно и как к сопернику. Это всё, действительно, осталось в прошлом. Селифан не просто знал об этом, чувствовал... И не потому, что Роберт почти мертв.
- В доме моём возьми, что найдёшь...
- Нет, я не стану никого обкрадывать. Я не вор и не стоит она того. Не надо печься за неё.
Но говоря всё это, Селифан прекрасно понимал, что это в нём сейчас злоба говорит, а не он сам. И она стоит того, Селифан в этом не сомневался и думал, что она достойна и любви, и всяческого понимания, и поддержки, и всего самого хорошего... но перебороть обиду свою он не мог так быстро. И перед Робертом не хотел выглядеть влюбленным до неразумности. Селифан думал, что этим он опустится в глазах Роберта.
- Я люблю её. И я прошу, пожалуйста, помоги ей. Заплати Берну, вылечи её...
- Ей ненужно это.
- Возьми ключ из кармана. В пять родители вернутся, ты должен успеть...
Селифан, казалось, не собирается делать то, о чем попросил Роберт. Он никак не отреагировал на его просьбу. Роберту показалось, что он о чём-то думает, но не был уверен в этом. Роберт попытался убедить его:
- От них не убежишь. Они везде найдут.
- Я знаю, что Эмма влезла, куда не следует... сколько она уже употребляет?
- Найди Берна, заплати, он отпустит потом... - сказал Роберт, не отвечая на его вопрос. Ему сложно было говорить, тяжело, больно, но он о главном сказать хотел, пока время есть. И Роберт чувствовал, что времени у него мало. С каждой следующей секунды боль от травмы, казалось, становится в сильней и сильней, и он не знал, сколько ещё сможет находиться в сознании.
- Я знаю Берна. Он мой друг, - объяснил Селифан. Он понимал, что этими словами немного успокоит Роберта, пусть и ценой не лучших мыслей о нём самом. Но Селифан решил, что сейчас для Роберта главное не волноваться, и он правду сказал.
- Он не отпустит просто так... Возьми ключи... там из антиквариатов поищи часы, они только ценные, остальное игрушки...
Селифан пока не понимал, о чём речь, но догадывался, что, наверное, его отец или другой член семьи коллекционер старинных вещей.
