Селифан не хотел ничего ни у кого красть.
- Скорая сейчас приедет. Я сразу позвонил... - сказал ему Селифан.
- Бери ключ и уходи. Тебя не должны видеть.
Селифан взял всё-таки ключ из его кармана. И сказал:
- Я не собираюсь обворовывать ваш дом.
Но не прошло и секунды после того, как Селифан сказал это, он увидел, что глаза Роберта закрылись. Он потерял сознание. Селифан недолго думал. Ушёл. Он внезапно понял, что не хочет выступать свидетелем этой катастрофы, не желает никаких хлопот. Но и в дом Роберта заходить, что-то брать оттуда он не хотел. И Селифан не понимал, зачем взял ключи у Роберта? И, казалось, он сделал это как-то бессознательно, только по велению Роберта, словно его предсмертную волю пытался выполнить... Но Селифан очень хотел, чтобы по справедливости всё было, чтобы "убийцу" нашли.
Селифан шёл медленно по направлению в город. Он не хотел туда добираться быстро. Ведь там, в его комнате, ему нельзя будет побыть одному. Яна Савельевна опять будет сидеть там, без просу зайдя, с нахальной ухмылкой пытаться унизить его... потребует долг вернуть. Он и её потихонечку ненавидеть начинал. Селифан тяжело прощал обиды, особенно те, которые наносили его самолюбию. Он от неё тоже избавиться хотел в мыслях и сейчас вспоминал об этом... И какими бы чудовищными не представлялись Селифану его мысли, он всё равно решил, что не так бы жалел, если бы она, а не Роберт оказался жертвой его желаний или же просто игр судьбы.
Селифан и подумать не мог, что может желать кому-то смерти, добиться его абсолютно случайным образом, без вмешательства в криминал, и - быть недовольным, испытывать угрызения совести. "И непонятно за что?" - думал он. Но ему, безусловно, стало тоскливо и тяжело на душе. Он бы предпочёл лучше и дальше соперничать с Робертом, чем вот так вот с ним расквитаться.
Селифан раскаивался, что мечтал убить Роберта.
...
- Ну что, сходил, куда я просил? - услышал Селифан голос сзади, когда уже добрался до города. Это был Берн. Селифан тут же узнал его.
Берн был на машине и чтобы сказать это, ему пришлось притормозить. Потом он открыл дверцу автомобиля, так как сквозь тонированные стёкла не мог видеть лица собеседника. А он очень хотел услышать от Селифана как можно более подробный ответ на свой вопрос.
- Нет ещё, - коротко и неохотно ответил Селифан.
- Садись, давай, - велел Берн, поначалу делая вид, что не услышал ответа. Селифан подумал, что Берн, действительно, мог не услышать его, но разубедился в этом, когда тот сказал:
- Значит, не нашёл? Я понимаю, закоулок... - Борн тут внимательно посмотрел на лицо Селифана и, сделав свой вывод о нём, продолжил говорить: - ага, ты не ходил.
- Да, дела были, - соврал он. Но не мог думать Селифан о том, что делает это сейчас крайне неубедительно. Берн легко свёл концы с концами и выложил указания на его обман:
- Тогда что ты, чёрт возьми, делаешь здесь?
- Гуляю. Просто так.
- Ну-ну.
Так Берн всегда отвечал, когда не верил человеку. И Селифан понял это. Но его не волновало то, что подумает о нём Берн. Чего он хотел, так это не думать о произошедших событиях и о том, что Роберта, он, возможно, уже никогда не увидит живым. Эти мысли не давали ему покоя.
- Как хочешь, можешь не рассказывать. Дело твоё. Но ты только скажи, ты собираешься вообще обдумывать моё предложение? Не хочу торопить, и не дай Бог давить ещё на тебя, но человек нужен.
- Я понял.
- Понимаешь ведь, бизнес. Охрана важна. И раз ты не ходил, мы не можем говорить сейчас о работе.
- Я схожу ещё. Завтра, - обещал Селифан. Он действительно хотел посетить этот посёлок, а теперь уже ещё больше. Почему-то, несчастный случай с Робертом заставил его посмотреть на мир иначе. Селифан решил использовать каждый миг своей жизни и здоровья себе во благо. Он не хотел "пропадать"...
...
Это было место, не внушающее ничего, кроме ужаса и отвращения. В коридоре почти везде была разлита желтая жидкость, очень напоминающая воду поверх ржавчины. Селифан и не сомневался в том, что это ржавеют гвозди, забитые на паркет поверх линолеума. А сам жёлто-коричневый линолеум на фоне поблекшей бледно-зеленой окраски стен выглядел ещё боле омерзительным, чем на полу вдоль стены желтая полоса. На потолок Селифан уж и внимания не хотел обращать, пока не заметил, что на отдельных её местах штукатурка посыпалась. И в изрядном количестве. Он не понимал только, почему же её не прибрали, ведь сырость помещения, а также и капли воды на полу указывали на то, что, должно быть, пол недавно мыли?
"Со стены, вроде, не течёт" - подумал он даже тогда. И никак не мог Селифан отвезти свой усиленный взгляд с пола... уж очень ужасным он был. Даже если плинтус бы присутствовал, он не выглядел бы столь плохо. Но Селифан не заметил в чём основной недостаток их пола...
Не таким он представлял Дом Берна. И никак понять не мог, зачем же он на визитной карточке своей пишет дом большими буквами?..
- Вот, на сегодняшний день только эта комната свободная, - сказал ему помощник заведующего по управлению Домом и указывая на помещение.
