Маноэл ответил на жест, чуть приподняв в замахе правую руку.
– Вдарим, – произнес он
Мужчины с размаху бросили руки навстречу. Удар с громким хлопком, кисти сцеплённые в крепком пожатии.
– Давайте, дуйте уже, балерины… – проворчал траппер.
Троица посейдонцев развернулась и двинулась к челноку. Дарион остановился.
– Тэа, дай НАЗ, пожалуйста.
Девушка без лишних вопросов сняла с пояса подсумок и протянула ему.
"Что, опять? Зачем возвращается?"
– Вот возьми. Пригодится. Здесь лёгкий защитный комбинезон, мультитул и колба с симбионтами. Поверь пригодится.
– На кой чёрт мне симбионты? – Маноэл приподнял брови.
– Эти малыши могут спасти тебе жизнь. Мы используем их в самых крайних случаях, когда Элсиму нужна помощь. Ну! Удачи тебе охотник!
Дарион развернулся и быстро побежал к челноку.
Маноэл повертел в руках подарок.
– Жизнь спасти? Ну, раз могут, то пусть будет.
В небо, отсвечивая ярко синими дюзами двигателей, рванул десантный челнок посейдонцев, навсегда унося с Колонии тех немногих, кого старый траппер мог назвать друзьями.
Глава 14.
Попав на корабль, Игорь впервые за последние месяцы смог по-настоящему расслабиться. Безумная гонка со смертью, начавшая в день покушения на Земле, кажется, закончилась, и он смог в ней победить.
Оглядывая покатые стены выделенной ему каюты, почти точно такой же, как та, в которой он когда-то очнулся много лет назад, Игорь вдруг осознал, насколько он отличается от того хоть и побитого жизнью, но очень наивного паренька, которого спасли посейдонцы и зачем-то решили забрать с собой. Сейчас он остро ощутил себя частью чего-то большого, просто огромного. Он, наконец, дома. Там, где он чувствует себя нужным и важным.
Когда-то они с Дарионом потратили кучу времени в спорах о том, что есть дом, и как это понятие можно интерпретировать. Игорю всегда казалось абсурдным утверждение друга о том, что дом – это не место, а люди. Как люди могут быть домом? Полная ерунда. Безусловно, люди важны, без близких и друзей, конечно, никакой дом родным не станет, но, все-таки, для Игоря «дом» был понятием, скорее, материальным, хоть и размытым. Он, например, считал своим новым домом весь Посейдон, а не только ту квартиру, которую подобрал себе на верхнем уровне в одном из небоскребов Итаки[1]. И вот сейчас, всего лишь попав на корабль, он, кажется, начал понимать, что имел ввиду Дарион. Именно сопричастность, чувство общности, внезапно нахлынувшее при встрече с посейдонцами, было тем самым ощущением возвращения домой.
Оторвавшись от пространных размышлений, Игорь запросил по внутренней сети корабля нахождение Алекса и Никиаса. Очень кстати они оказались в соседних каютах на этой же палубе. Игорь хотел было зайти, справиться все ли у них хорошо, но, судя по данным биометрии, оба крепко спали, что в свете предшествующих событий было неудивительно. Последние несколько часов оба провели в боевых скафандрах, практически непрерывно сражаясь. Естественно, что теперь они дрыхли без задних ног.
Ну вот и хорошо. Есть время обсудить с капитаном обстановку и узнать, что вообще происходит.
Впрочем, вызвать капитана Игорь не успел. В каюту без всякого предупреждения вихрем влетела Теа и, совершенно не принимая никаких отговорок, потащила его на медосмотр. По пути в медблок она скороговоркой сообщала новости и все, что, по ее мнению, должно было интересовать отсутствовавшего столько времени человека.
– Нет, ну ты представляешь, почти все новые экспедиции отменили! А когда сказали, что практику можно отработать в действующем флоте, но не в боевых частях, а во вспомогательных, ну, всякие там ремонтники, связисты и прочая ерунда… Но я-то! Я ведь биолог! Причем, не какой-то там, а ксенобиолог! Какие ремонтники?! Ты слушаешь меня вообще?! – Тэа с искренним возмущением посмотрела на явно потерявшего нить повествования Игоря.
– Да-да, конечно! – поспешил заверить ее он, – ты же, вроде, только на пятый курс перешла. Разве диплом биолога тебе уже выдали?
– Ну ты-то не будь занудой! – Тэа с досадой наморщила носик. – Прямо как дядя Дари. Это все формальности. Диплом, защита… Может, я в полевую экспедицию вместо него пошла бы, и вообще… Много ты там понимаешь в науке, ты же пилот! Так вот, о чем это я? А, да. И команда твоя, кстати, вся целиком на фронт ушла, а Вэлис, гад, обещал, между прочим, что не пойдет без меня, я с ним больше не разговариваю. Я обиделась. Так ему и передай, когда увидишь, и скажи...
Что именно Игорь должен был сказать Вэлису Дорну, своему напарнику в соревнованиях по атмосферному пилотажу, а, главное, зачем, он так и не успел услышать, потому что в этот самый момент дверь медблока открылась, и Игоря будто кувалдой по голове огрели. За столом, согнувшись над массивным корпусом полевого анализатора, сидела Юна. Все с той же короткой стрижкой и все в том же белом комбинезоне. Игорь даже подумал сначала, что ему привиделось, и мозг выдал на фоне старых воспоминаний желаемое за действительное. Впрочем, вопрос быстро разрешился, когда девушка повернулась и расплылась в широкой улыбке.
