– Пойдём, – ответил я, тяжело сглотнув. А у самого в голове неугомонно возникал тот образ, который увидел при вспышке молнии. «Чертовщина» – первое, что пришло тогда в голову.
Ваня оставил кружку на барной стойке и вышел на улицу. Я проследовал за ним. Ветер усилился, и теперь дождь не просто лил, а больно бил по лицу резкими порывами. Мне сразу захотелось вернуться в тепло и уют бара, но я этого не сделал.
Мы огляделись по сторонам: никого и ничего, что могло бы вызвать тревогу.
– Может быть, показалось? – спросил Иван.
– Нам обоим? – ответил я вопросом на вопрос.
– Ну да, как-то глупо. Тогда надо бы осмотреться. – При этих словах он многозначительно посмотрел на меня.
Я и не знал, что ответить. Не очень-то хотелось в такую мерзкую погоду бродить вокруг бара в поисках непонятно чего. Решив, что это глупая затея, я нашёл выход из положения.
– Э-э-й! – крикнул я. – Есть кто-нибудь?!
Как будто в ответ на мой крик где-то вдали сверкнула молния, а после, уже гораздо ближе, раздался гром. Как я и ожидал, ответа не последовало. Тогда я посмотрел на бармена.
– Ну что?
– Не знаю, – ответил он. – Пойдём внутрь?
– Пой…
Не успел я договорить, как где-то неподалёку послышался странный звук. Это был чей-то кашель, причём громкий и противный.
Мы с барменом прислушались, и когда приступ кашля раздался вновь, наши взгляды устремились в сторону дома напротив. Звук исходил оттуда.
– Принесу фонарь, – сказал Ваня и собрался зайти в бар, но я остановил его. Да, уже тогда я боялся, и боялся не на шутку. Весь мой блог о чём-то мистическом и загадочном напрочь вылетел из головы, когда пришлось столкнуться с чем-то реально страшным (что за «чертовщина», было первой моей мыслью).
– У меня телефон есть, я посвечу.
Ваня посмотрел на меня так, словно не ожидал услышать ничего подобного. На миг он замер, как мне показалось, в нерешительности, а потом согласно кивнул:
– Ага, телефон сойдёт. Ну что, пошли?
– Пошли.
Мы направились в ту сторону, откуда слышался кашель. Дорога была залита водой, дождь всё так же бил по лицу, подталкиваемый резкими порывами ветра. И тем не менее мы, идиоты, всё равно шли вперёд. За десять метров, что мы преодолели, я вымок насквозь, ноги хлюпали в кроссовках, но мой андроид каким-то чудом продолжал гореть.
– О господи! – раздался голос Ивана, когда он первым переступил разломанную калитку.
– Что там?
Бармен ничего не ответил и побежал вперёд. Я поспешил за ним следом. На крыльце дома, который оказался, как я и предполагал, заброшенным, лежал человек.
Помню, что тогда, как вспышки молнии, в моей голове проскочили следом друг за другом несколько мыслей: труп, Боже, мертвец, убийство, камера, фото, видео, надо снять, вот это видос получится.
Цинично, конечно, но так и было. Как и говорил, я жутко боялся, и всё же блогер внутри меня боролся со страхом, пытался найти шикарнейший контент, несмотря ни на что. Однако страх тогда победил. Это произошло в тот момент, когда неизвестный вновь начал кашлять.
– Ну же, посвети! – крикнул мне Иван, и я вышел из оцепенения.
Поднеся луч света ближе, я увидел жутко старого деда. Он лежал на полусгнивших досках крыльца, лысый и морщинистый. С головы почему-то текла кровь. С каждым новым приступом кашля старик выплёвывал воду, попадавшую в рот с дождём. У него отсутствовала борода, он был хорошо одет, я бы даже сказал слишком хорошо для старика, возраст которого явно перевалил за восемьдесят. На теле вполне по размеру сидела кожаная куртка, а на ногах модные рваные джинсы и кроссовки «Адидас».
Пока я разглядывал старого модника, Иван проявил более высокоморальные человеческие качества. Он подложил под голову деда руку и помог ему отхаркнуть воду. Тот, трясясь всем телом, метал свой взгляд из стороны в сторону, будто кого-то искал. Ваня, бережно гладя его по голове, начал приговаривать:
– Спокойно, спокойно, всё будет хорошо.
Я смотрел на всё это действо и не мог поверить. Слишком уж напоминало какую-то военную драму с умирающим солдатом на руках у друга.
– Его срочно нужно в больничку везти! – проорал я, стараясь перекричать завывавший ветер, раскаты грома и барабанящий по доскам дождь.
– Он не успеет, – ответил Иван, и внутренне мне пришлось возмутиться его спокойствию.
– Но…
Старик не дал договорить. Наконец его взгляд перестал метаться и остановился на мне. Луч фонаря моего телефона был направлен несколько в сторону, дабы не слепить его, но света хватало, чтобы я видел взгляд старого безумца. Выцветшие серые глаза выглядели очень напуганными, всё его существо сковал страх перед чем-то, чего я не понимал, но от чего сам уже был в ужасе. Мне хватило одного этого взгляда.
– Я как и ты… – прохрипел старик. – Мне ещё только двадцать лет.
Затем, я услышал то, чего до этого слышать мне не приходилось: предсмертные вздохи умирающего. Взгляд старика устремился вверх, рука судорожно искала, за кого бы ухватиться, а дыхание в предсмертной агонии стало сбивчивым, прерывистым.
Короткий вздох…
Ещё один…
И ещё с протяжным и тихим «а-а-а»…
