Мы обшарили все сверху донизу. Потом прошли и соседний класс и стали искать там.
Стали возвращаться ребята. Перемена заканчивалась.
Я спрашивал всех, не попадался ли им черный кролик. Однако никто его не видел.
— Как же ему удалось выбраться из клетки? — спросила меня какая-то девочка.
— Вопрос, конечно, интересный, — с несчастным видом ответил я.
Мистер Кимпал так и не возвращался. Я решил сам войти к директрисе и попросить ее, чтобы она объявила по радио всей школе о моей пропаже.
— Продолжайте искать, пожалуйста, — попросил я Дженни и Симпсона. А сам бегом помчался по коридору.
По дороге к директрисе я пробегал мимо моего шкафчика. Возле него на полу что-то лежало.
Я прищурился, пытаясь сообразить, что это может быть.
Какая-то забытая вещь?
В это время я наткнулся на двух маленьких девчонок, которые несли какое-то учебное пособие.
— Гляди, куда идешь! — воскликнула одна из них.
— Ты чуть не сломал пособие! — заорала другая.
— Извините, — пробормотал я.
Я поторопился дальше с тревожно застучавшим сердцем. У меня перехватило дыхание.
Что же все-таки лежит на полу возле моего шкафчика?
Я подошел совсем близко и наклонился.
— Неееееееееет!
Из моей груди вырвался пронзительный вопль ужаса.
Я схватился за голову. И посмотрел еще раз на маленькую кучку…
…маленькую кучку косточек, лежавшую на полу.
Нет. Нет. Нет.
Косточки были чисто обглоданы. Они блестели так, как будто на них никогда и не было мяса. Я вспомнил черного кролика, такого мяконького и милого.
Потом представил себе зеленого импа, схватившего бедного зверька своими длинными пальцами. Вонзающего зубы в кроличье брюшко.
Вот он жует, жует.
Жует и проглатывает красивого кролика. Кусочек за кусочком. Потом дочиста облизывает косточки. Обгладывает их до блеска.
Я снова наклонился над аккуратно сложенной кучкой костей, и мне стало совсем скверно.
Мой желудок возмутился. Я зажал ладонью рот. Я закрыл глаза и задержал дыхание, ожидая, когда дурнота пройдет.
И представил своего отца.
Что я скажу ему? Как смогу все объяснить?
Вдруг он из-за этого потеряет работу?
Я открыл глаза и заставил себя выпрямиться.
Тут мне в глаза бросилась надпись, нацарапанная на дверце моего шкафчика.
Слова были написаны красными чернилами. Фраза, которую я уже видел: «КТО ПРОЧТЕТ МОЕ СЛОВО, ПОТЕРЯЕТ ГОЛОВУ».
— Я это так не оставлю, — пробормотал я и крепко сжал кулаки. — Этот зеленый урод еще узнает, с кем он вздумал связываться. Он еще пожалеет об этом.
Дрожащими руками я отпер замок и распахнул дверцу. Потом осторожно собрал косточки и переложил их в шкафчик.
Потом я поднял оторванный хвост импа. Он все еще казался теплым на ощупь, хотя пролежал здесь около суток. Свернув его наподобие садового шланга, я засунул его на верхнюю полку в самый дальний угол.
Даже если имп снова отопрет мой шкафчик, он слишком малорослый и не дотянется до своего хвоста, решил я.
После этого я снова запер дверцу и поспешил в кабинет миссис Симпкин.
Несколько ребят толпились возле кабинета. Я пролез вперед и крикнул секретарше:
— Я должен увидеть миссис Симпкин — немедленно!
Секретарша, крупная седовласая особа в платье с цветочками, разговаривала по телефону. Она махнула мне рукой, чтобы я подождал.
— Но ведь, это очень срочно! — закричал я. — Съеден кролик ценной породы и…
Женщина убрала трубку от своего уха.
— Директора нет в школе и сегодня уже не будет. Она уехала на совещание.
— Да? — воскликнул я и посмотрел на нее с отчаяньем, не зная, как теперь быть. — Но ведь у меня срочное дело!
Однако секретарша уже вернулась к своей телефонной беседе. Ребята уставились на меня.
Я повернулся и стремглав выбежал из канцелярии. В моей голове все перемешалось. Я даже не смотрел, куда несут меня ноги.
Распахнув двери, я выскочил из школы и, растерянно моргая, остановился на крыльце. Сияло солнце. Только налетавший иногда холодный ветер напоминал мне о том, что сейчас ноябрь.
Постояв так немного, я опомнился. Что я тут делаю?
Куда я направляюсь?
Домой. Таков был мой ответ самому себе.
Я все расскажу маме с папой. Я поведаю им про все свои злоключения в новой школе — и на этот раз постараюсь, чтобы они мне поверили.
Я заставлю их понять, что это злобное чудовище держит в ужасе всю школу.
Я спустился со ступенек и остановился.
От нового порыва ветра громко щелкнул флаг на школьном флагштоке. От этого звука, раздавшегося прямо над моей головой, я поднял голову.
Прищурясь, я посмотрел на хлопающий флаг и па темный предмет, видневшийся на кончике флагштока.
Темный предмет?
Что же там такое?
— Не может быть! — закричал я.
Я понял, что гляжу на черного кролика. Он был привязан к самому концу шеста.
Жив ли он?
Я понимал, что должен вернуться в школу. Найти школьных служителей. Попросить их принести длинную стремянку.
Однако я был слишком возбужден. Слишком волновался. Слишком отчаялся.
— Ты должен быть живой. Должен! — крикнул я кролику.
Или имп сначала его убил? И только потом привязал к шесту?
