– Так что же, – Евгений Сергеевич откинулся на стуле, все так же вежливо улыбаясь, – нам остается лишь упрямо отвергать дары этих?.. – Неопределенный кивок в сторону занавешенного окна.
– Не смешно, – резко бросил ему Олег с четко отсчитанной долей подросткового максимализма.
– Тогда, – от улыбки седого шпиона и политика повеяло холодом, – напротив, вцепиться в них зубами. В конце концов, в эту игру могут играть и двое.
– Какую игру? – не понял кто-то.
Вопрос проигнорировали.
Олег фыркнул, точно строптивый жеребенок. Осторожно. Не переигрывать.
Он чувствовал себя как нейрохирург, оперирующий кухонным ножом в абсолютной темноте. И ведь если взять скальпель поприличней или включить свет, ручные ясновидящие этого «аристократа» тут же заметят. Надо было все-таки отправить Ирину, она в последнее время в таких делах здорово продвинулась. С другой стороны...
– Ну да. А я – шпион чужих, подосланный подтолкнуть вас к нужному решению. – Когда на физиономиях окружающих нарисовалось вежливое согласие с последним предположением, прорычал: – Взр-рррослые! Вы не могли бы ненадолго оставить паранойю и начать думать, а не реагировать?
Миз Торрин одарила его спокойным, чуть покровительственным взглядом, демонстрирующим, что на последнее представление она ничуть не купилась. Хорошо. Теперь не спугнуть.
– Ну допустим, – стареющая интриганка тоже откинулась на стуле, точно отстраняясь от всего сказанного, – мы попробуем победить их по их правилам и с их оружием. Хотя вряд ли глагол «победить» здесь уместен – не важно. – Она резко прервала лингвистический экскурс, бывший едва ли не единственным за весь разговор свидетельством, что русский язык для этой женщины все-таки не родной. – Пытаемся разобраться в их оборудовании... засылаем людей в их образовательные программы... паразитируем в рамках новой системы...
– Что мы будем делать в любом случае. – Это от Михайлова.
– Допустим, у нас даже что-то получится – молодая, голодная раса, жадная до знаний и до власти...
– ...Получит именно то место, которое определено в их структуре для таких рас, – в тон ей сказал Олег. – Вряд ли намного лучшее, чем было определено европейцами для заштатных африканских колоний веке этак в восемнадцатом. Хотите пари?
Только вот Олег совершенно точно знал, что место землянам определено гораздо худшее. И это сбивало с толку. Посланника засылали, если опасность грозила непосредственно миру. Пока что ничего подобного он не заметил. Да, захватчики были неуклюжи. Да, использовали технологии, побочные эффекты которых сами не понимали. Но в целом Олег вполне одобрял их действия. Заштатному мирку «Земля» подобная встряска даже на пользу. За уши, так сказать, и к цивилизации. Может, займутся наконец экологией. Если смотреть на картину панорамно...
Панорамно смотреть не получалось. С панорамной точки зрения все время упрямо выскакивал один и тот же факт: где-то в процессе этой заварушки вышеозначенная планетка будет уничтожена. Как? Почему? Сначала он почти уверился, что постараются сами аборигены в неумелых попытках защититься от неизвестного. Потом – что те же аборигены найдут способ так разозлить своих захватчиков, что «агрессорам» ничего не останется, кроме как взорвать неуемных к такой-то матери. Была еще гипотеза, что сами захватчики что-то там напутают со своими хитрыми, но слишком умело контролируемыми махинациями и устроят апокалипсис случайно – как это чаще всего и бывает.
К настоящему моменту Посланник начал ощущать некоторое беспокойство. Он не любил чего-то не понимать – обычно это плохо кончалось. Над стандартной, в принципе, ситуацией висел дамоклов меч. А он, Олег, не мог его увидеть.
Любое его действие сейчас могло не отодвинуть, а приблизить катастрофу. Как же быть? Идти напролом? Ждать?
Олег попытался отстраненно оценить положение. Математические модели плыли перед глазами, разбиваясь на многомерные фигуры функций, лица и имена мелькали с калейдоскопической быстротой – но лишь еще больше запутывали ситуацию. Виктория. Ключом ко всему была Виктория – но это ведь и без того ясно. Избранные – не просто сгусток осознавшей себя личностью энергии. Они – сплетение рока и предназначения. Они...
В сердце камня
Проникает стрела...
Избранный может оказаться богом или демоном, но случается и так, что в нем не больше магии, чем в валяющемся на дороге камне. Олегу встречались Избранные-генералы и Избранные-императоры, Избранные-мошенники и Избранные-бродяги. Один раз был Избранный-святой. Не везло только на Избранных женского пола. Впрочем, это не важно. Важно, что в какой-то момент истории все пути сойдутся в руках одного конкретного существа – чаще всего перепуганного до смерти и не желающего никакой ответственности. И от того, что сделает это существо, зависит судьба мира, его дальнейшее направление.
Скоро такая задача будет стоять перед Викторией. И Олег почему-то не завидовал миру, дорогу для которого выберет эта девочка.
