Вскоре летательный аппарат подошёл к стене и Дакку пришлось остановить его. Надежда на то, что проем двери в стене появится сам, по мере приближения к ней летательного аппарата не оправдался. Стена безмолвствовала.
Дакк склонился к рыппу, намереваясь найти в нём способ открыть проем. И действительно, способ вскоре нашелся – на одной из клавиш была пиктограмма, напоминающая раздвигающиеся шторки. Он дотронулся до нее и в тот же миг перед носом аппарата, будто по мановению волшебника, образовался большой овальный проем. Дакк осторожно двинул аппарат в проем. За проемом был идущий под крутым углом вверх тоннель. Посланный по нему летательный аппарат, выскочил на безлюдную улицу.
В городе была ночь. Насколько глубокая, Дакк мог лишь гадать. Он нашел на лобовом стекле периодически меняющиеся знаки: определенно – это был хронометр, но знаки были совершенно незнакомы. Одновременно вести аппарат и разбираться с информационным полем живого стронга, он не рискнул и глубоко и протяжно вздохнув, повел летательный аппарат по улице, пытаясь сопоставить её очертания с очертаниями улиц уже виденных в информационном поле молодого стронга, но улица ни с одним из образов не идентифицировалась и тогда он неторопливо повел летательный аппарат наугад, крутя головой по сторонам, всматриваясь в проплывающие за стеклами здания.
В принципе, город стронгов, как и они сами, не имел разительных отличий от городов галактики Дакка: такие же широкие, ярко освещенные улицы, сейчас в ночи практически пустые, с такими же сверкающими рекламными огнями, уносящимися ввысь разноформатными зданиями и такими же большими островами площадей. Отличия же были в том, что в городе стронгов деревья росли, достаточно, редко, даже реже, чем в городе хораллов; центральные части площадей были пусты, а не заняты огромными зелеными клумбами, все перекрестки были очень сильно закруглены, как и все здания города. Крыши зданий были, как овальными и круглыми, так и уносящимися ввысь своими сверкающими шпилями. К тому же, как Дакк ни всматривался, он не увидел ни в одном здании ни одного дверного проема. Здания выглядели, будто, мертвые. Пожалуй, другого слова для них не было.
Что касается транспортных потоков, то город напоминал столицу вестов Атту: за несколько часов патрулирования, Дакк не увидел ни одного наземного авто, хотя, возможно, днем они и были, а весь транспорт был воздушным, разнообразных форм, от круглых, до, практически, кубических, и различных расцветок, сейчас, в большинстве своем, висящий у причалов второго или третьего уровня зданий. Там же располагались и пешеходные дорожки, с бесчисленными лифтами, расположенными, буквально, через каждые полсотни шагов. Иногда, в стене какого либо здания, вдруг, появлялся проем, из которого выскакивал человек и нырял в один из пришвартованных к причалу летательных аппаратов, который тут срывался с места и уносился прочь. Несколько раз Дакку встречался такой же летательный аппарат, в каком сейчас находился и он. В такие моменты сердце его носителя, замирало, но аппарат проносился мимо, не обращая никакого внимания на летательный аппарата Дакка.
Забрезжил рассвет. Дакк, вдруг, почувствовал, что его носитель очень устал и если сейчас он ему не даст отдых, то он может уснуть на ходу и тогда последствия могут быть самыми непредсказуемыми. Он скользнул взглядом по пешеходной дорожке и увидев неподалеку свободный причал, направил летательный аппарат к нему. Пришвартовавшись, он проверил состояние живого стронга. Как ему показалось, самостоятельно тот навряд ли придёт в себя, но все же, убрав стойку управления, он поднялся, оттащил молодого стронга за кресла и положив его рядом с мертвым стронгом, вернулся в своё кресло и откинувшись, прикрыл глаза и механически потянулся…
Дакк вздрогнул и открыв глаза, ошалело закрутил головой. Нудный пронзительный писк, заполнял кабину летательного аппарата. Его взгляд уперся в ярко мигающий индикатор на макушке рыппа. Рука механически потянулась к нему, но на полпути замерла и вернулась на подлокотник. Он вспомнил, что перед сном убрал рыпп и теперь выходило, что его поднял или этот мигающий сигнал или кто-то ещё. Он вдруг осознал некоторую нелепость своего положения – за все время пребывания в захваченном им летательном аппарате, никто не поинтересовался судьбой его пассажиров, будто они никому были не нужны. Это было в высшей степени странным.
