Блуждать пришлось долго. Информационный поток от двери причудливо петлял по информационному полю, практически, не взаимодействуя ни с какими его частями, будто чувствуя за собой стороннюю слежку и потому запутывал следы. Дакку уже начало казаться, что информационный ток наделен интеллектом и действительно пытается от него избавиться. Было одно хорошо – информационное поле корабля, практически, не имело защитных ловушек и Дакку не приходилось от них шарахаться. В конце-концов его терпение было вознаграждено – информационный ток, наконец, растворился в сравнительно небольшом, обособленном, информационном поле. Дакк взялся за его анализ.
Сколько продолжался его анализ, он не представлял, но времени он, определенно, потратил очень много, чтобы, в конце-концов, убедиться, что он совсем ничего не понимает в строении чужого информационного поля, так как ему не удалось вычленить ни единого, сколь-либо, связанного образа, перед ним были лишь наборы каких-то феерических картин. Мысленно отпустив в адрес иногалактян тетраду нелестных слов, Дакк покинул чужое информационное поле и дал принудительную команду исполнительному механизму двери на её разблокировку. Овал двери скользнул в сторону и он покинул зал анабиозного сна.
Оказавшись в коридоре, Дакк осмотрелся – он находился в том коридоре, где первый раз встретился с капитаном корабля и в конце которого виднелась дверь из овала которой тот появился. Раннгунна нигде не было. Постояв несколько мгновений в раздумье, Дакк направился к двери.
Подойдя, он, без раздумий, своим полем активировал механизм отпирания двери и не успела она ещё полностью скрыться в стене, как он перешагнул её порог.
Он оказался в тускло освещенном зале с огромным экраном, охватывающем по периметру не менее его двух третей, с густой россыпью белых крапинок-звёзд и большим коричневым овалом в центре. Посреди зала стояли четыре широких кресла. Спинки кресел были столь высоки, что было, совершенно, невидно, был ли кто-то в них. Но едва он сделал шаг от двери, как одно из кресел резко повернулось и из него, буквально, выпрыгнул капитан корабля и бросился к нему. Рука капитана метнулась к поясу. Не раздумывая, Дакк легонько ткнул иглой своего поля ему в лоб. Ноги капитана подкосились и он грохнулся лицом в пол. Тут же развернулись остальные кресла. На Дакка уставились три пары черных глаз. Было в них что-то не от стронгов.
– Я кроссор авангарда Статт Хоррст и не допущу, чтобы со мной обращались без должного уважения. – Громко заговорил Дакк, после некоторого раздумья, решив оставить анализ их расовой принадлежности на потом, а пока считать их все же стронгами. – Каждый член команды корабля, кто допустит подобное… – Он вытянул руку в сторону лежащего на полу капитана. – Будет жестоко наказан. Окажите ему помощь.
Все сидящие в креслах поднялись и бросились к капитану. Двое из них, подхватив его под руки, попытались поставить на ноги, но ноги капитана не держали его и он повис на руках членов своего экипажа.
– Вы двое… – Дакк ткнул двумя пальцами в сторону державших капитана. – Доставьте его в медицинский центр корабля, а ты… – Он кивнул подбородком в сторону третьего. – Вернись в свое кресло.
Стронг попятился и сев в одно из центральных кресел, отвернулся к экрану. Державшие капитана стронги, потащили его безвольное тело к двери.
Дакк посторонился, пропуская их и подождав, когда закроется за ними дверь, направился к тому креслу, которое занимал капитан. Усевшись, он несколько раз пробежал взглядом по экрану, картина на котором, с момента появления его в зале управления, заметно изменилась: большое коричневое пятно с центра экрана сместилось к его краю; россыпь белых крапинок-звёзд стала гуще, среди которых появилось большое количество крупных и разноцветных звёзд. Никакой другой информации, как-то: скорость, вектор, время пути не отображалось. Дакк повернулся к стронгу.
– Где пространственный вектор? Где время?
– Это прерогатива капитана. – Произнес стронг, не поворачивая головы.
– Что значит прерогатива капитана?
– Только он знает вектор пути.
– Бред какой-то. Корабль должен знать, куда он направляется.
– Он ещё не ввел его в навигатор.
– Проклятье!
Дакк отвернулся и вновь уставился в экран.
Корабль, видимо набрал уже большую скорость, так как звездная картина на экране менялась, буквально, на глазах – россыпь мелких крапинок-звёзд, словно растворялась, уступая место более ярким звездам, но в тоже время их меньшему количеству. Скорее всего корабль выходил из звездного скопления или из рукава галактики.
Проклятье! И когда он успел пройти такое расстояние? Всплыла у Дакка тревожная мысль. Видимо, когда я торчал в зале анабиоза. Заключил он.
Сзади донесся мелодичный писк. Дакк резко развернулся вместе с креслом. Двери уже не было и в её проеме стоял один из стронгов, утаскивающих капитана. Дакк поднялся.
– Где капитан? – Он подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.
– На восстановлении. – Вошедший стронг направился к одному из кресел.
– Я не разрешал тебе сесть. – Произнес Дакк громким голосом.
