Были в галактике Лагерон и другие разумные расы: фреоны, шитты, арутуны, которые стояли на более низких ступенях развития. Наиболее развиты из них были фреоны, которые уже ползали на своих неторопливых звездолетах по окрестностям своей звездной системы. Другие же расы лишь только учились осваивать воздушный океан. Но была и ещё одна галактическая раса – гортов, которая ассоциировалась как-то неоднозначно. Их цивилизация очень тесно переплеталась с цивилизацией стронгов и тоже располагалась в галактическом кольце, но в тоже время она была, какой-то обособленной.
Хорралы никогда не вмешивались в планетные дела других галактических рас, считая это абсолютно недопустимым делом. Обжегшись на первых контактах с фреонами – это была первая инопланетная раса, с которой, решив поделиться своими прогрессивными технологиями, они невольно развязали широкомасштабную войну народов этой планеты за приоритетное обладание этими самыми технологиями. Кое-как утихомирив планету, хораллы покинули её и теперь лишь наблюдали за развитием всех остальных низших рас со стороны, держа на почтительном расстоянии от их планет свои станции контроля, так как считали, что до тех пор, пока эти расы сами не достигнут таких технологических высот, когда с ними можно будет разговаривать, как с равными, вступать в контакт с ними не стоит, лишь оказывать помощь, при угрозе глобального катаклизма.
Неожиданно, Дакк наткнулся на сообщение, которое его озадачило: шеф Центра Аномальных Явлений Зиннит, с которым он имел странный контакт, как то произнес в беседе с Беллиаром Гаанном, что запасы красного песка в галактике уже почти исчерпаны и стронги вынашивают идею вторжения в одну из чужих галактик – большую старую спиральную галактику, где по их предположению красного песка должно быть в большом достатке.
Дакк тут же подумал о свое родной галактике – большой старой спиральной структуре, хотя он и не помнил, чтобы кто-то где-то в его галактике говорил об красном песке, хотя, как понял он, красный песок находился лишь на планетах, концентрирующихся к центру галактики, а зевсы к центру своей галактики лишь только подбирались.
И вновь всплыла прежняя странность – ни одного намека на энергию внутреннего мира. У него, вдруг, всплыла ещё более странная мысль – в ту ли галактику он, вообще-то, попал.
Выйдя из информационного поля Беллиара Гаанна, Дакк глубоко вздохнул и понял, что хочет есть. Он поднялся и взяв со стола пустую посуду, он и не помнил, когда съел второй плод хами с тарелки, направился на кухню. Поставив посуду на один из столов, он принялся искать что-либо съедобное, но кроме какой-то желеобразной ярко-желтой массы в одной из емкостей больше ничего не нашел. Запах масса издавала не тот, чтобы её хотелось безоглядно съесть, но выбора не было. Найдя чем её подцепить, Дакк положил на язык её каплю и медленно растер по небу – вкусом желе напоминало сыр. Состроив гримасу, Дакк быстро опорожнил емкость и прополоскав рот, направился на поиски одежды, так как он до сих пор находился в нижнем белье. Заодно, нужно было сориентироваться и во времени.
Так как теперь он в мире Беллиара Гаанна ориентировался вполне сносно, то без труда найдя комнату с одеждой, оделся в какой-то, легкого спортивного вида, костюм и направился в главную комнату квартиры, где, как он понял, Беллиар Гаанн прежде проводил почти все свое время, когда находился дома, а отнюдь не в вестибюле.
Войдя в зал, Дакк увидел, на продолжающем работать экране, большую пульсирующую красную точку, показывающую, что есть сообщения. Отстегнув из-под экрана пульт управления, хотя это можно было делать и голосом, но он ещё опасался оказаться непонятым, Дакк вызвал эти сообщения. Первое из них было от Зетт, которая сообщала, что из-за атмосферных возмущений у неё проблемы с её траппером и прийти сегодня она не сможет и что ему придется самому заказать себе еду. Второе было больше предупреждением. В нем говорилось, что ураган достиг города, из-за чего возможны нарушения в работе электронных систем. Затем шли несколько сообщений от руководителя Центра Зиннита, который вначале сокрушался по поводу того, что Беллиар Гаанн не принял участия в экспедиции, а в последнем сообщении уже громким голосом толи приказывал, толи просил бросить все и организовать свою экспедицию по более масштабному изучению воалианов, так как они настолько обнаглели, что уже беспрепятственно проникают куда угодно, в частности на космодром стронгов, уничтожая своими полями всех подряд и исчезая, так же бесследно, как и появляясь. Стронги всю вину на произошедшие события на своем космодроме возлагают на зуков, а значит и на хораллов, так как по их утверждению, все эти события на их космодроме произошли при непосредственном участии нескольких зуков, которые, неизбежно, будут наказаны и грозили, что если учёные Центра, в ближайшее время, не найдут способ, как-то отпугивать воалианов, то сами займутся их тотальным истреблением.
