- Одиннадцать и прапорщик Травкин.
- В карауле двенадцать было, значит одного солдата нет.
- Да-а, дела. - Брунов задумался. - Здесь солдата с того караула тоже нет, Луговой с ним на контакт не пойдет, не тот уровень. И автоматы все, - рассуждал подполковник. - Полагаю здесь возможны два варианта - Иваненко обсчитался в санчасти или он в уле-тевшем Антее.
- Почему в Антее?
- Не знаю. Что гадать - отзвонишься из санчасти. Езжай уже - время идет.
Брунов вздохнул и набрал номер своего начальника.
ХХVIII глава
Фролов с Суманеевым сидели в приемной.
- Скажи, Иван Сергеевич, зачем я директору понадобился. Знаю - ты сам напро-сился.
Фролов чувствовал себя увереннее, свободнее как бы, все-таки выходец из этих стен.
- Я когда звонил директору, просил о встрече, он быстро согласился. Сказал, что как раз хотел тебя пригласить. Значит темы разные, но вместе обсудим, если на одно вре-мя вызвали. Извини, Петр Степанович, больше ничего не подскажу, сам не знаю.
Обычно директор не держал долго сотрудников в приемной, не имел такой при-вычки и считал подобное недопустимым. "Работать надо, а не в приемных околачивать-ся", говорил иногда сам.
Вскоре их пригласили. После стандартных приветствий заговорил Бортовой.
- Давай, Иван Сергеевич, с тебя начнем. Петру Степановичу тоже интересно по-слушать, может, посоветует что-то дельное в процессе. Начни с того, как работается с По-сланником, с личных ощущений - мы же его так мало знаем.
"Сегодня директор не экономит на нас время, серьезно относится к проблеме", - подумал Фролов.
- Работается с ним хорошо, - начал Фролов, - обычный человек, внешне не выде-ляющийся, не амбициозный, не кичится своим положением. Цепкий, хваткий ум, я бы подчеркнул - с необычно развитой логикой. Иногда задаешь себе вопрос - мысли он что ли читать умеет? Способен принимать правильные, не стандартные решения. Как, напри-мер, с Загурским, он попросил его выпороть.
- Не понял - что сделать? - Удивился директор.
Фролов заволновался.
- Вы знаете, Александр Васильевич, Загурский, конечно, голова. Но с подчинен-ными груб, амбициозен, не корректен, ни во что их не ставит. Он так и к Посланнику от-несся, определив место шестерки и слушать даже ничего не хотел. Посланник ему гово-рит, а он просто не слушает. Как же это снизойти, чтобы кого-то неизвестного слушать. Потом извинился, естественно, когда все понял.
- И как понял?
- Так выполнили мы просьбу - выпороли.
- Это как?
- Сняли штаны и ремешком солдатским по попке.
Бортовой откровенно расхохотался.
- И что?
- Пришлось выслушать, а извинился уже самостоятельно. Сказал, что и отноше-ние к подчиненным изменит, просил не рассказывать никому.
- Так ты уж, Иван Сергеевич, не рассказывай больше никому, - сквозь смех по-просил директор. - Да-а, такого я еще не слышал, чтобы генерального конструктора ре-мешком учили. Вот, оказывается, жизнь-то, какая бывает. Хорошо, давай предложения по существу.
Фролов собрался с мыслями.
- По существу два предложения, товарищ генерал-полковник. Первое - вернуть войсковую часть связистов на место прежней дислокации. Второе - место жительства По-сланнику сменить, построить коттедж в другом месте. Есть в пригороде элитные поселки, там сами бизнесмены охрану держат, посторонних на территорию не пускают. Аргументы следующие.
- Подожди. Что ты, Петр Степанович, по этому поводу думаешь?
- Думаю, что предложение дельное. Со связистами понятно - еще одна капля на нашу игру с ЦРУ. Они успокоятся на первое время, но, как только появится информация о самолетах и подлодках Посланника, а она появится, они просто взбесятся в поиске. А на прежнем месте ничего нет, с нуля все начинать надо. Только я бы не строил коттедж в элитном поселке, подобраться там легче к Посланнику. Лучше отдельный домик на кра-юшке какого-нибудь лесочка. Образно говоря - в степи всегда виднее, чем в тайге.
- Хорошо, согласен. Иван Сергеевич, ты свободен. А с Суманеевым мы еще неко-торые региональные вопросы обсудим. Домой, Иван Сергеевич, не придется заехать, у вас опять ЧП. На аэродроме уже Синицин ждет, там тебе все расскажет. А Суманеев тебя догонит, не переживай.
ХХIХ глава
- Послушай, Коленька, а почему мы с тобой в лесу никогда не гуляли? Какой воз-дух, сосны - просто прелесть, как хорошо! И никого нет, мы с тобой вдвоем.
Ирина опередила его на полшага и повернулась, заглядывая в глаза.
- Да, родная, вдвоем чудесно. Мне тоже надоели чужие люди. - Он притянул ее к себе, прижал, ощущая запах родных волос. - Хочется выйти во двор и никого. Заведем собачку, она тоже будет членом семьи. Ты какую породу хочешь?
- Не знаю, только не этих мордатых и злобных.
- А давай заведем двух. Кеесхонда, например, и Мясоеда.
- Ой, я таких и названий не слышала. Зачем нам что-то импортное?
- Импортное, говоришь, - Николай рассмеялся. - Это шпицы и даже чем-то похо-жи друг на друга. Средних размеров, очень пушистые, добрые, отзывчивые и игривые. Кеесхонды обычно серого окраса, а самоеды более белого. Это собака северных народов. Уверяю тебя, милая, тебе очень понравятся такие псы.
Ирина взяла мужа под руку, и они продолжили путь.
