"Молодец, борт 1576, я был уверен, что догадаешься. Слушай приказ - особиста вырубить, потом связать и заклеить рот. Повторяю обездвижить ударом, одним ударом, второй он вам нанести не даст, потом связать и заклеить рот. После этого сразу на обрат-ный курс, границу не пересекать, по основной связи приказы не выполнять. Ждем вас до-мой, ребята. С особистом осторожно, возможно ампула с ядом вшита у него в воротник, обыскивать его тоже нельзя. Выполняйте приказ, борт 1576".
- Планета, я борт 1576, есть выполнять приказ.
Вернулся второй пилот, доложил:
- Все, пристегнул капитана, боязливый какой-то он, бледный весь, аж потом по-крылся.
- Хорошо, бери штурвал, Толя, я в салон схожу, груз посмотрю.
- Есть взять штурвал.
Командир вышел из кабины в салон, глянул на Муравьева, поморщился. Показал-ся он ему гадким, жалким ничтожеством. Хотелось просто задушить эту сволочь.
- На вот пакет тебе, начнет трясти - заблюешь весь салон. Положи в уголок себе.
- Спасибо, командир, обойдусь.
- Ты не пререкайся, никто за тобой блевотину убирать не будет. Не потребуется - хорошо, а на всякий случай возьми, там у стены кармашек есть, туда и положи.
Капитан взял пакет, повернулся к стенке, ища несуществующий кармашек. Силь-ный удар по шее прервал сознание. Командир отстегнул привязной ремень, наклонил ту-ловище вперед, связывая руки брючным ремнем сзади. Выпрямил туловище, снова при-стегивая к креслу, и обмотал скотчем рот.
- Вот теперь обойдешься, сволочь, - он еще раз замахнулся рукой, но не ударил, - так бы и зашиб тебя, гада.
Вернулся в кабину, заблокировав ее.
- Экипаж, слушай мой приказ: ложимся на обратный курс, из кабины не выхо-дить, штурману проложить курс домой.
- Есть домой, - ответил второй пилот.
- Есть проложить курс, - ответил штурман.
Минуту молчали все.
- Есть курс домой, - обратился штурман.
- А с особистом что - ломиться же в кабину начнет? - неуверенно спросил второй пилот.
- Не начнет, - усмехнулся командир, - я его вырубил и связал. Это приказ с земли. Так что домой ребята и без вопросов.
Он переключился на запасную волну.
- Планета, я борт 1576, как слышите меня, прием?
"Я Планета, слышу вас хорошо, докладывай".
- Борт 1576 приказ выполнил, иду домой.
"Молодец, борт 1576, встречаем".
Ни командир, ни его экипаж не знали, что произошло. И гадали о случившемся каждый по-своему. Но были довольны все. Во-первых - шли домой, а во-вторых, что ней-трализовать пришлось Муравьева. Очень уж досаждал он всем своим недоверием и подоз-рительностью, строчил необоснованные доносы, по которым проводились проверки, не выявляющие изложенных, якобы, фактов. А он все равно выводил и выводил "всех на чистую воду".
Самолет приземлился, подрулил к стоянке.
- Да, мужики, встречают нас по-праздничному, видимо, серьезное что-то случи-лось. Генерал даже прибыл с кучкой полковников.
Экипаж видел, как солдаты взяли самолет в кольцо. Двигатели остановились.
- Так, братцы, всем оставаться на месте - пойду докладывать.
Командир одел фуражку, к переднему люку подкатил трап.
- Товарищ генерал, борт 1576 совершал полет на военный аэродром в Индии. По приказу с земли перед государственной границей Российской...
- Подожди, майор, не до рапортов. Муравьев где?
- В салоне, товарищ генерал, я его связал, так и сидит там.
- Документы на груз где?
- У капитана Муравьева, товарищ генерал.
- Почему не у вас?
- Он груз готовил и сопровождал, полковник Луговой приказал.
- Что за груз?
- Не могу знать, товарищ генерал, все готовил Муравьев по приказу полковника Лугового. Мой командир был в курсе, приказал не спорить с особым отделом.
- Приказал или попросил?
- Посоветовал, товарищ генерал.
- Да, майор, хорош. А если бы индийская сторона стала задавать вопросы - ведь за груз отвечаешь ты, а не капитан Муравьев? Разболтались... Ладно, иди в кабину, всем пока быть на месте. Потом вас отвезут и допросят. Выполняйте, майор.
- Есть, товарищ генерал.
Суманеев закурил. Потом обратился к Синицину:
- Видишь, что творится, полковник. Командир не знает, что везет, кто бы там в это поверил? Международный скандал был бы огромный. Кстати, установили, кто на те-лефон дежурного позвонил?
- Нет, товарищ генерал, не установили. Звонок анонимный с телефон-автомата, голос исследуется.
- Если бы не этот звонок и адекватная реакция Брунова - просрали бы мы здесь все. Возьми его себе в помощники, толковый мужик и расследование грамотно, напористо начал.
- Есть, товарищ генерал.
- Что ты заладил - есть, да есть. Работай и докладывай, держи в курсе. Удачи, полковник, вечером жду.
Суманеев пожал руку и уехал.
День пролетел, как одна минута. За суматошной чередой оперативно-следственных мероприятий некогда было даже поесть. Не хватало людей и техники, тор-мозили эксперты, хотя и работали с полной отдачей. Не хватало главного - времени. Одно цеплялось за другое, экспертизы требовали времени, а его не хватало, сбор фактов требовал времени, оперативная информация требовала проверки и даже допросы, основанные на этих фактах и экспертизах, требовали времени.
Синицин доложил генералу, сделанное за день, откинулся на спинку кресла.
