Мы пересекли длинные коридоры, откуда в классы направлялись все ученики, ведя громкие дискуссии. Посреди одной группки, которая скромно вела беседу, мы нашли нашего благородного вчерашнего друга, который одарил нас спокойной и милой улыбкой.
— Очень хорошо! Я с утра жду нашего нового ученика.
Я сердечно с ним распрощался.
Заметив мою природную застенчивость, Анисето обратился к дежурному помощнику:
— Позовите, пожалуйста, Виценте!
Затем, повернувшись ко мне:
— До сегодняшнего дня Виценте был моим единственным учеником-медиком. Вы будете учиться вместе, по причине вашего профессионального сходства.
Через три минуты Виценте был перед нами.
— Виценте, — сказал Анисето, — Андрэ Луис наш новый сотрудник. Он также был врачом в земной жизни. Думаю, вам будет легко друг с другом, у вас же один и тот же жизненный опыт.
Вновь прибывший обнял меня, выказывая этим свою большую радость. Затем, после нескольких дружеских слов приветствия, он обратился к координатору:
— Когда мы должны начать учёбу?
— Проинформируйте нового кандидата о наших правилах и приходите вместе на инструктаж во второй половине дня, — ответил Анисето после недолгого размышления.
Невозможно передать моё удовлетворение от контакта с новой компанией. Виценте, очень спокойный, с умным и светлым взглядом, так и излучал нежность и доброту, мудрость и понимание. Он говорил мне о своей радости от того, что нашёл друга-врача. С большим радушием он предложил мне поселиться у него, на что я сразу же согласился. Это был первый мой коллега по ремеслу, пришедший с земли, с которым я сблизился напрямую. Мы непрерывно спорили о тех сюрпризах, которые встречались нам на пути, о трудностях, вытекающих из земных иллюзий, о близорукости науки, о глубоких соблазнительных проблемах духовной медицины. Он ещё не посещал план воплощённых во время работы, но глубоко восхищался Анисето. Он рассказал мне о ценных исследованиях, которыми занимался в свою очередь. Он был полон энтузиазма и проектов. За какой-то час с небольшим наша дружба уже походила на чувство, которое всегда объединяло двух братьев духовными узами. Новый спутник вселял в меня бесконечное доверие к нему.
Он очень тактично спросил о моём положении перед земными родителями. Я стал рассказывать ему о своих переживаниях, когда узнал о втором браке моей супруги. Рассказ этот оживил старые раны, и при каждой важной детали, перечисляя ему свои огорчения, казавшиеся мне непреодолимыми, я чувствовал, как во мне вновь поднималось прошлое страдание.
Виценте молчаливо слушал меня, иногда лишь улыбаясь чему-то.
Когда я закончил, он положил свою правую руку мне на плечо и прошептал:
— Не считайте себя невезучим и непонятым. Знайте, мой дорогой Андрэ, что вы очень счастливы.
— Как это?
— Ваша Зеля уважала вас до конца. И во втором браке, в подобных случаях, нет ничего необычного. Моя история значительно хуже.
Сейчас объясню, — продолжил новый друг, видя моё удивление.
После нескольких мгновений раздумий, словно собирая воедино воспоминания своего прошлого, он продолжил:
— Вы не можете себе представить, как сильна была моя мечта о браке. Сразу же после получения диплома, в 25 лет, я женился на Розалинде, что принесло мне несказанное счастье. Этой женщине я дал не только комфорт материальной жизни, солидной в плане финансов. Я ей подарил сокровища привязанности и самоотверженности.
Моему счастью не было конца. Вскоре двое малышей обогатили своим присутствием наш семейный очаг. Я не мог выразить словами своей радости. По причине моих банковских резервов я не стал специализироваться в клинике. Я страстно отдался лабораторным изысканиям. Я без труда завоёвывал доверие многочисленных коллег и многих учебных центров, тем самым увеличивая количество исследований и блестящих результатов. Розалинда была моей первой и самой блестящей сотрудницей. Время от времени я замечал у неё некоторое безразличие в отношении исследований, но она умела успокаивать мои тревоги во имя благополучия нашего дома. Она, казалось, полностью понимала меня. В моих глазах она была преданной матерью и безукоризненной спутницей.
Уже десять лет мы жили вместе, когда мой брат Элеутэрио, адвокат, холостяк, немногим старше меня, решил поселиться неподалёку от нас. Розалинда была само внимание, когда дело касалось кого-либо из членов семьи. Он очень естественно вошёл в наш семейный круг на правах брата. Хотя он и снимал номер в гостинице, но довольно часто проводил вечера в нашей компании, стараясь с каждым разом всё больше понравиться нам.