С такими мерками можно и Александра Матросова, закрывшего в войну своим телом амбразуру пулемета, назвать рисковым и глупым ухарем: “Нечего, мол, было торопиться умирать. Подождал бы подмоги от тыла”. А он — спас товарищей. И помог выиграть бой. И мы по справедливости считаем Матросова народным героем. И знаем, что таких в войну было около 30.
— “Легкомысленное” поведение Казакова в тот момент тоже имело решающее значение. И, в конце концов, он рисковал собственным здоровьем, и это — его право. Да, его пришлось довольно быстро вывести из зоны, и он этого заранее не мог не предвидеть. После своей “стенки” он еще поработал в Чернобыле заместителем начальника УС ЧАЭС. И это ему почему-то не засчитали, когда составляли наградные документы.
Коллеги осуждали Казакова именно за пренебрежение к своему здоровью.
Для энергетиков здоровье людей представляло главную ценность, тем более, что возможности для замены ограничены — ведь энергостроителя, особенно монтажника, нужно готовить годы, пока не достигнет необходимого уровня мастерства. На энергетическом объекте его сходу заменить просто некем. Оборудование электростанции не случайно относится к категории особо сложного. И тот факт, что ни собственно строителям, ни монтажникам не пришлось набирать новых рабочих, свидетельствует о том, что никого из работавших на территории 30-километровой зоны не приходилось уговаривать оставаться там столько, сколько было нужно. “Наверху” быстро привыкли, что энергетики справляются с любым трудным делом. И Ю.Н. Корсуну приходилось напоминать Правительственной комиссии, что у Минэнерго нет людей, привлеченных из народного хозяйства, как у УС-605.
Но все-таки, как начать громоздкие и весьма трудоемкие работы у подножья реактора, если человек не может там находиться? Из какого материала и по какой технологии, какими механизмами этот ярус сооружать? Прецедента, а значит и опыта нет.
Подножие представляло собой бесформенный завал, который из соображений безопасности решили не раскапывать и никуда не перевозить. Землю вперемежку с обломками и графитом сначала военные на специализированных машинах лишь придвинули поплотнее к энергоблоку. Но поверхность все равно была неровной, рыхлой, в буграх и вмятинах. Теперь перед завалом, а следом и на нем самом предстояло установить надежный фундамент и нижний ярус саркофага. Без права на ошибку. Без возможности переделать... Но это же — невозможно!
...Пока в Правительственной комиссии обсуждали сроки и технологию возведения саркофага, 13 и 14 мая монтажники ЮЭМ вместе со специалистами института Атомэнергостройпроект (АЭСП) срочно проектировали стенку биологической защиты и придумывали, как эту работу осуществить.
Основная стена у подножия четвертого блока должна быть толщиной 7 метров, выше — сужаться до четырех. Высота — 6 метров. Ее общую конструкцию проектировал личной со своей командой Ф.С. Тимиров, директор института Атомэнергостройпроект.
Монтажники и предложили сделать стенку сборной, установить там короба своей конструкции и заполнить их бетоном подходящей марки.
Короба изготавливал Киевский завод экспериментальных конструкций Минэнерго. Под руководством старшего прораба В.А. Дугина на полигоне близ Чернобыля их укрупняли, устанавливали на трейлеры и с величайшими предосторожностями везли 18 километров к станции.
Дело тут не в какой-то необычной их сложности. Но очень уж зыбкими и громоздкими были эти двенадцатиметровые конструкции. Их следовало доставить без малейших повреждений и перегибов, чтобы потом дистанционно раз и навсегда состыковать,
Дорога от Чернобыля к станции тогда была не такой просторной, как теперь. Ветви деревьев нависали над коробами, грозя сдвинуть. Поэтому проводить огромные (японские и челябинские) трейлеры было непростым делом. Часть деревьев пришлось срубить. Впереди и сзади колонны, словно почетный эскорт, шли машины Госавтоинспекции. Каждый трейлер с блоком сопровождал мастер или прораб... В километре от станции военные на транспортных машинах ИМРах тащили их к стене энергоблока и придвигали плотно один к другому.
Укрупняла блоки, устанавливала на трейлеры и затем везла на станцию одна и та же сборная бригада из лучших монтажников трестов Южэнергомонтаж и Спецатомэнергомонтаж — асы и своем деле старший прораб С.М. Сергейчук, прораб В.И. Стампов и прораб Ю.Я. Баладюк, старший прораб Д.М. Кнут, И.Я. Кузнец, И.Н. Мудревский и другие под руководством заместителя начальника управления ЮЭМ В.Н. Норика. Не посмотрев это поистине “поле битвы” своими глазами раз, другой, десятый, ходом этого “сражения” управлять было бы действительно просто невозможно. Поэтому непосредственные руководители этой ювелирной работы — В.Н. Свинчук и В.М. Казаков то и дело с вертолетов разглядывали завал, чтобы убедиться: все идет, как задумано. Старались подлетать как можно ближе.
“Размазывать” во времени эту работу было нельзя — стенка требовалась как можно быстрее. Но по ходу дела постоянно возникали вопросы.
