Альтиген облизнулся и немного подумал, затем продолжил свою речь:
— Да… что же касается Серого ордена. Здесь уже это не моя сфера влияния, и я ни в коем случае не могу претендовать на то, чтобы предлагать что-либо. На мой скромный взгляд, Серый орден должен занять своё место в управлении Белым городом. Я готов поддержать Серый орден в этом. В любом случае, Серый орден может рассчитывать на мир, ведь как я и сказал ранее, я хочу мира со всеми участниками текущего конфликта.
Гликон умело скрывал свое негодование.
Кронид же только внимательно обдумывал услышанное, наморщив лоб, затем поднял голову и молвил:
— Мы покинем вас с тем, чтобы донести ваше мнение совету, после чего дадим свой ответ.
— Я также передам ваши слова магистру нашего ордена, — проговорил и Азенет.
После этого объединенная делегация покинула центральный зиккурат.
_____
— Где?
— Мы не знаем.
— Где Эвлалия? — спрашивал раздраженно Зеланд.
Инхерит немного растерянно оправдывался:
— Серые братья ищут её по всему городу, наши сторонники из городских кругов также не перестают опрашивать всех, у кого она могла укрыться. Возможно, её нету в городе, но мы уже направили людей по ближайшим убежищам.
Зеланд немного успокоился:
— Когда последний раз она выходила на связь?
— Четвертого дня двенадцатого месяца.
— Недавно…
— Скорее всего она решила выйти из игры окончательно, — попытался предположить Инхерит.
— Серые маги проверяли её?
— Не нашли, Эвлалия очень хорошо владеет тонким волшебством, нигде в тонких прослойках не было видно следа её души. Сущности, встретившиеся нашим магам не видели её.
— Умница! — Зеланд злорадно усмехнулся, — вот и ещё одна потеря, один из наших важнейших людей просто взял и исчез.
— Есть ещё одно место, где она могла скрыться.
— Где же?
— В западном зиккурате.
— Нет…
— Там.
_____
Пробираясь через руины города, Эвлалия размышляла о том, правильно ли она поступает, покидая и Орден и Стратоника.
В ней ещё теплились чувства к Стратонику. Но за многие годы, которые она ещё с подросткового возраста провела с ним, все те испытания, которые они прошли вместе и все то, что они вместе увидели… все это притушило в ней огонь, оставив мелкий, но спокойный эмоциональный огонек подобный пламени свечи.
Стоило ли ради сбережения его оставаться в разрушенном городе, власть и величие которого поставлены под вопрос прямо в эти дни… стоило ли пытаться удержаться за того, кто сам пытается удержаться за вершину пирамиды… Эвлалии не была нужна жизнь в этом городе. Стратоник был для неё этим городом.
Нет, архитектура и торговля, возможности и политика не прельщали её. Ей нужна была спокойная и красивая жизнь. Разве Белый город был красив… разве что в глазах деспотичных магов, которые в его громадных сооружениях воплотили свои тиранические устремления.
Камень упал, поднял немного черной пыли.
Вдруг один из белых рыцарей повернулся.
На перекрестке стоял пост, четверо белоснежных латников стояли за баррикадой и следили за передвижением близ юго-западного зиккурата.
Вокруг высились почерневшие развалины, мусор и шлак.
Притаившись за грудой осколков в своем сером плаще, уже изрядно испачканным гарью, Эвлалия притихла и стала внимательно прислушиваться к ощущениям.
Нет, внимание рыцаря было слишком рассеянным.
Мелькнув серой тенью, Эвлалия пошла дальше, на север.
Она пробиралась через развалины, карабкаясь по обломкам стен и перебегая по узким лестницам высоких фундаментов.
Эвлалия грезила о севере, где родилась, и который так давно не видела. Её рыжие волосы не развевались давно от действительно холодного мороза. Западное побережье хоть и обладало прохладой, но это была тень севера, наполненная мерзкой сыростью Западного океана. Ледяные горы, вечные снега, последние зелёные ростки мест, куда не добралась демоническое колдовство.
Нет, свой выбор она сделала.
К концу дня она подошла к входу в мануфактуры центрального зиккурата. В темноте двери сверкнули вороные латы и показались белёсые зрачки, слегка светившиеся остатками демонической магии.
— Скажите вашему знаменосцу, что я Эвлалия.
Латник кивнул, еле видно это было во тьме здания.
Вскоре её пропустили.
Этим же днем она попадет к Альтигену.
_____
Виллы на юге города ранее принадлежали многим богатым и состоятельным торговцам и владельцам мануфактур, а также белым магам. Многие из них погибли, а те что остались были весьма любезны и не отказали белому рыцарству, когда его представители попросили места для расквартировки двух воинств.
С двадцатого дня двенадцатого месяца все пять тысяч белых рыцарей находились в городе или близ его окрестностей.
Одна из вилл, представлявшая собой не более, чем обычный дом с внутренним двориком. Белые стены, украшенные красными полосами, колоннады, рыжая черепица.
И толпы снующих в разные стороны рыцарей, патрули и посты.
Белые, как облака прежних времен, штандарты, воткнутые в землю, символизировавшие чистоту и непорочность воинов, защитников столицы будущего.
