Однажды мне позвонил начальник пресс-службы Минобороны и сообщил, что для меня есть потрясающая информация. Предполагалось, что в ближайшее время в Афганистане появится первый летучий мобильный госпиталь и в этой программе должны были быть задействованы два вертолета ВВС Исламской Республики. По вызову военных они должны были совершать немедленные вылеты в провинции и транспортировать раненых, нуждающихся в оказании экстренной хирургической помощи, в военно-медицинскую академию. Военно-медицинская академия была создана в начале нынешнего столетия на базе старейшего в Афганистане военного госпиталя «Чарсад бистар», рассчитанного на 400 койко-мест и построенного при экономическом и техническом содействии СССР. По данным Захира Мурада, в госпитале с давних времен существовала взлетно-посадочная площадка для вертолетов, которая к тому времени была расширена и переоборудована для приема сразу двух машин. При необходимости вертолетная авиация ISAF тоже могла бы оказывать афганским военным медикам помощь в транспортировке раненых и приземляться на эту площадку.
Военно-медицинская академия отобрала восемь лучших военврачей, которые должны были стать членами единой команды летучей «Скорой помощи» афганской армии. Планировалось, что все они отправятся в Турцию, где пройдут четырехмесячные курсы по оказанию помощи раненым в полевых условиях и транспортировке их в полете. Но все пошло не так, как мне живописал Мурад: летучую «Скорую помощь» почему-то получила не армия, а антинаркотическая полиция МВД.
Вечером 11 августа Россия и Германия осуществляли передачу в дар МВД Афганистана медико-эвакуационные вертолеты. Еще рано утром гигантский российский самолет Ан-124 «Руслан» авиакомпании «Волга-Днепр» совершил посадку на военном аэродроме Кабула, где мы с сотрудниками посольства его уже поджидали. Местных и иностранных журналистов на летное поле не пустили, и они «мариновались» до вечера за пределами аэропорта. Афганские техники приступили к разгрузке авиалайнера.
По рампе самолета с помощью нашей группы и американских морских пехотинцев, которые сначала праздно наблюдали за разгрузкой, а потом, побросав автоматы, помогали нам реальной физической силой, были со скрипом вытолканы на терминал аэродрома две полуразобранных машины, без лопастей. Увидев, что вертолеты не новые, афганские техники с горечью и досадой заговорили: «куна, куна» (старье). У одного из вертолетов сразу лопнула стойка шасси, и из нее потек дымившийся жидкий азот. У афганцев и помогавших им техников-украинцев нашлись нужные инструменты, течь закупорили, но вертолет теперь стоял криво. Я был немало удивлен, что вместо заявленных в официальной информации, размещенной на сайте МИД РФ, двух вертолетов Ми-8 МТВ в медико-эвакуационной комплектации, пришли другие машины — один Ми-8 МТВ и один Ми-17 1В — оранжевого и сине-белого цветов.
Я ожидал увидеть внутри вертолетов обещанные аппараты искусственной вентиляции легких и вертикальные стойки под носилки. Но вместо этого лицезрел лишь две пустые брезентовые кислородные подушки и штук шесть цветных узбекских матрасов. Правда, иллюминаторы одного из вертолетов были задрапированы белой тканью, что, видимо, должно было символизировать медицинскую палату. Согласно информации нашего МИД, после проверки технического состояния и работоспособности вертолетов летчик-испытатель из бригады сдатчиков должен был провести облеты машин на военном аэродроме, примыкавшем к международному кабульскому аэропорту. Но ничего подобного не произошло. Облетов не было. Один вертолет афганцы в результате так и не смогли наладить — он был в технически непригодном состоянии, а второй с горем пополам запустили через пару месяцев, и то без авионики. Афганцы, смеясь, рассказывали мне, что старым летчикам-ветеранам она и не нужна — они, дескать, местность хорошо знают и могут летать здесь как по пачке «Беломора».
Я погрузился в сбор инсайдерской информации и выяснил, что Германия выделила российской стороне на приобретение этих вертолетов 15 миллионов долларов (не евро), что поставкой занимался МЧС России и что прибыли они из Алма-Аты. Списанный Ми-17 1В был закуплен у армии Казахстана, а второй вертолет — «ушатанный» Ми-8 МТВ, прошедший капитальный ремонт, до поставки в Афганистан использовался детьми высокопоставленных чиновников для воздушных прогулок. «Мажоры охотились на нем на сайгаков», — рассказал мне человек, ответственный за подписание актов сдачи-приемки. Примечательно, что ему было далеко за 60.
