— Если я скажу, что замучил, ты перейдешь на жирные стейки? — заинтересовалась я.
— Зачем? Просто от тебя отстану.
— И будешь ходить с вечным стояком?
— Именно! — Тимур ловко разломал крабовую фалангу и протянул мне самый нежный кусочек мяса. Я взяла его губами, не забыв облизнуть кончики его пальцев. — А ты смотреть и ронять слюни. Посмотрим, надолго ли тебя хватит.
— М-м-м-м-м… Мне кажется, на девочек тоже хорошо действует, — мурлыкнула я, приникая к нему всем телом.
Пару раз нам влетало за непристойное поведение в общественных местах.
Ну как — влетало… Тимура вежливо предупреждали, что VIP-пассажиры, конечно, могут наглеть, но лучше чуточку поаккуратнее, а то у других VIP-пассажиров, в два с половиной раза их старше, может и инфаркт случиться от такого зрелища.
Поэтому мы перебирались на террасу его сьюта. И поначалу даже вели себя благопристойно — загорали на шезлонгах по отдельности, беседовали о красоте рассветов и закатов в океана. Но потом кто-нибудь из нас просил помазать спину кремом или принести холодного просекко — и все заканчивалось тем, что мы сплетались на одном шезлонге и целовались до головокружения, шепотом болтая обо всем подряд.
— Вот так когда я делаю — хорошо?
— Очень…
— А вот так?
— Еще лучше.
— А давай попробую вот так…
— Тимур-р-р-р-р-р-р-мур-р-р-мур-р-р…
— Тс-с-с-с, не кричи, тут по соседству люди отдыхают.
Однажды мой телефон зазвонил, и я даже испугалась, одной яркой болезненной вспышкой осознав, что это может быть Максим. Сердце со свистом ухнуло в черную дыру, но уже через мгновение я вспомнила, что заблокировала его.
Звонила Ксюша.
— Я тебя потеряла! — заявила она. — Три дня где-то шляешься. Все в порядке? Помощь не нужна?
— Все хорошо, не беспокойся, — холодно ответила я.
Я еще не успела обдумать, как с ней дальше общаться после того, что я увидела в казино. Как-то пока некогда было.
— Я тебя в каюте не застала и горничная сказала, что ты не ночевала, — ее голос стал игривым. — Тебя поздравить?
— Ксюш… — устало начала я.
— Осознала, отстала.
Тимур в этот момент лежал поперек кровати головой у меня на животе и просматривал какие-то скучные графики на своем ноутбуке. Я нажала отбой и, зарывшись пальцами в его густые темные волосы, слегка потянула их.
— М-м-м-м? — вопросительно промычал он, не отрываясь от экрана.
— Скажи честно, что у вас с Ксюшей было? И что вообще ты делал в казино? Бросил меня в постели и ушел играть? Это странно…
Особенно с учетом последующего признания. Но я проглотила продолжение фразы, потому что так и не понимала пока, как относиться к этим словам Тимура. Он их больше не повторял, но и не требовал все забыть.
Ну не переспрашивать же!
— Надо было пообщаться с одним человеком в неформальной обстановке, — рассеянно ответил Тимур, листая туда-сюда страницу с одинаковыми, на мой взгляд, графиками. Но он, кажется, находил разницу и хмурился.
— С Ксюшей? — ядовито поинтересовалась я, чуть сильнее потянув его за волосы.
Он вздохнул, захлопнул ноутбук, отложил его в сторону и мгновенно навис надо мной. Мне нравилось, как быстро он переходил из вальяжно-ленивого состояния в полную боевую готовность.
Словно леопард, только что спавший на ветке дерева — а через мгновение уже прижимающий косулю когтями к земле, хищно скаля зубы.
Правда, косуля вместо того, чтобы испуганно биться в его лапах, выгибается навстречу и гладит мягкую шерсть леопарда под распахнутой льняной рубашкой. И вонзает в нее свои когтики.
А леопард мур-р-р-р-рчит и зубами стаскивает край простыни, которой я укрыта, чтобы добраться до груди и прикусить сосок.
Так.
Кажется, метафора дикой природы зашла куда-то не туда…
— Я серьезно не знал, что за Ксюша, — перекатив затвердевший сосок во рту, Тимур выпустил его и все же ответил. — Там в казино девчонки часто тусят. Знаешь, такие талисманчики. Она подует на карты, потрясет кости, назовет день своего рождения, чтобы ты сделал ставку — и если ты выиграешь, отвалишь ей часть за принесенную удачу. Никто к этому серьезно не относится.
— Но она тебя лапала!
— Агата! — нахмурился он. — Давай не будем выяснять, кто тебя лапал, пока ты в то же самое время в том платье по жопу пьяная где-то шлялась!
Я сначала растерялась от его наезда.
Вроде выяснили уже все?
Он потом тему моего платья ни разу не поднимал, с чего вдруг сейчас?
Но внезапно прозрела:
— Ты что — ревнуешь?! — изумилась я.
Распахнула глаза, глядя на Тимура снова, как в первый раз.
Он, напротив, глаза сощурил.
— Дико! — сообщил он, наваливаясь на меня всем телом и толкаясь поверх простыни так яростно, что я испугалась, что он трахнет меня прямо в ней. — Бешено. До кр-р-р-ровавых мальчиков в глазах!
— Ой! — сказала я и прикусила язык.
Тогда, наверное, действительно не стоит ему рассказывать, чем я занималась, пока он там с Ксюшей…
Главное, чтобы сами кровавые мальчики не спалились. Я бы на их месте опасалась Тимура. Вон у него мышцы какие. И взгляд недобрый.