Роюсь в карманах пальто, чтобы найти ключ и передать ему, но он качает головой и показывает мне свою связку, на которой я без труда узнаю знакомый ключ с зеленой полосой.
– Ты не забрала его, когда вернула все подарки, – объясняет он.
– А… – В сознании всплывает воспоминание о том, как я оставила все свои ценности на подушке нашей кровати. – Я хотела бы забрать все это, если ты не возражаешь.
Хардин забирается в машину, не глядя на меня, и бормочет через плечо:
– Ммм, да… Само собой.
Когда мы оба оказываемся в машине, Хардин включает печку на максимум, берет мою ладонь и кладет мне на бедро. Его пальцы прокладывают дорожку по моему запястью, где раньше я всегда носила браслет.
– Мне не нравится, что ты оставила его там… Он должен быть здесь. – Хардин надавливает на мое запястье.
– Знаю. – Мой голос тише, чем шепот.
Я очень скучаю по своему браслету. И по электронной книге. И хочу забрать письмо, которое он мне написал, чтобы перечитывать его снова и снова.
– Может, ты мог бы привезти мне эти вещи, когда вернешься в следующие выходные? – спрашиваю я с надеждой.
– Да, конечно, – отвечает он, сосредоточившись на дороге.
– Зачем мы вообще едем менять масло? – спрашиваю я.
Длинная подъездная дорожка заканчивается, и мы поворачиваем на улицу.
– Потому что пора. – Он указывает на маленький стикер на лобовом стекле.
– Ладно…
– А что не так? – Он сердито смотрит на меня.
– Ничего. Просто это как-то странно – менять масло в чьей-то машине.
– Я многие месяцы следил за заменой масла в твоей машине. Почему именно сейчас тебя это так удивляет?
Он прав. Он всегда занимался обслуживанием моей машины, и мне иногда кажется, что он просто параноик, ремонтирует и заменяет детали, когда это не требуется.
– Не знаю. Наверное, я просто забываю, что мы были обычной парой, – признаю я, ерзая в кресле.
– Объясни.
– Мне трудно вспомнить такие обыденные вещи, как замена масла, или тот раз, когда ты разрешил мне заплести тебе косички, – я улыбаюсь воспоминанию, – потому что мы всегда переживаем какой-нибудь кризис.
– Во-первых, – усмехается он, – никогда не вспоминай про тот ужасный случай с косичками. Ты хорошо знаешь, что я позволил тебе это только потому, что ты меня подкупила.
Он слегка стискивает мое бедро, и я ощущаю под кожей теплую волну.
– Во-вторых, я думаю, ты отчасти права. Было бы здорово, если бы твои воспоминания не омрачались моей дурацкой привычкой все портить.
– Дело не только в тебе. Мы оба виноваты, – поправляю я.
Ошибки Хардина обычно были более разрушительными, но и я не ангел. Нам нужно перестать винить себя и друг друга, чтобы найти какой-то компромисс – вместе. Но этого не произойдет, если Хардин продолжит бичевать себя за ошибки, совершенные в прошлом. Он должен себя простить… Тогда он сможет двигаться дальше и стать тем, кем, я знаю, он хочет быть.
– Ты – нет, – настаивает он.
– Вместо того чтобы топтаться на месте, решая, кто прав, кто виноват, давай решим, как потратить остаток дня после того, как нам заменят масло.
– Мы купим тебе айфон, – говорит он.
– Сколько раз мне нужно повторить, что я не хочу айфон?.. – бурчу я.
Да, мой телефон медленный, но айфон дорогой и сложный, а этого я себе сейчас позволить не могу.
– Все хотят айфон. Ты просто из тех, кто не хочет следовать веяниям моды. – Он смотрит на меня, и я замечаю на его щеках ехидные ямочки. – Поэтому ты и носила в колледже юбки в пол.
Он находит свою шутку уморительной, и машина заполняется смехом.
Я игриво хмурюсь в ответ на старый прикол.
– Я не могу себе сейчас позволить такую покупку. Мне нужно платить за квартиру и продукты. Ну, знаешь, за все необходимое. – Я закатываю глаза, но улыбаюсь ему, чтобы смягчить удар.
– Только представь, что бы мы могли делать, если бы у тебя тоже был айфон. Мы могли бы общаться еще больше. И, знаешь, я бы мог купить его тебе сам, так что не беспокойся о деньгах.
– Я могу представить себе, только как ты отслеживаешь мой телефон, чтобы узнать, куда я хожу, – огрызаюсь я, игнорируя его непреодолимую потребность что-то мне покупать.
– Нет, мы могли бы пользоваться видеочатом.
– Зачем?
Он удивленно смотрит на меня и качает головой:
– Только представь себе, что сможешь видеть меня каждый день на сияющем экране своего нового айфона.
В моей голове всплывают сцены секса по телефону и видеочату. Представляю себе, как бесстыдно перелистываю на экране фото, на которых Хардин ласкает себя. Да что это со мной?
Мои щеки горят, и я не могу отвести глаз от его коленей.
Хардин приподнимает пальцем мой подбородок и заставляет посмотреть ему в лицо.
– Да ты думаешь об этом… обо всех этих грязных штучках, которые мы могли бы делать через айфон.
– Нет, не думаю.
Пытаюсь сменить тему:
– Мой новый кабинет – просто прелесть… Вид открывается чудесный.
– Правда? – Хардин сразу мрачнеет.
– Да, а из буфета вид еще лучше. А кабинет Тревора…
Я замолкаю на полуслове, но слишком поздно. Хардин уже смотрит на меня и ждет, чтобы я договорила.
– Нет-нет. Продолжай.
– Из кабинета Тревора самый лучший вид, – договариваю я.
Мой голос звучит намного спокойнее и увереннее, чем я себя чувствую на самом деле.
