После похорон полностью

— Да. Создается впечатление… — начал рассказывать Джеймс и сделал паузу. Было видно, что он сбит с толку. — В общем, это касается некоей миссис Коры Ланскене. Не она ли была одной из наследниц Эбернети?

— Ну конечно, это она. Я видел ее вчера на похоронах.

— Так она была на похоронах, я правильно понял?

— Да, а что с ней произошло?

— Знаете, — у Пэррота был извиняющийся тон, — дело в том — это, конечно, совершенно невероятно — но она… ее убили.

Последние слова звонивший произнес с гневным порицанием. Этим своим тоном он намекал, что подобные слова совершенно неуместны в связи с компанией «Боллард, Энтвисл, Энтвисл и Боллард».

— Убили?

— Да. Боюсь, что это именно так. То есть я хотел сказать, что в этом нет никаких сомнений.

— А как полиция вышла на нас?

— Ее компаньонка, или домоправительница, или кто она там еще — мисс Гилкрист. Полиция спросила у нее об имени какого-нибудь родственника или стряпчего убитой, а так как мисс Гилкрист сомневалась насчет родственников и их адресов, она назвала им наш адрес. Вот так они на нас и вышли.

— А почему полиция считает, что ее убили? — задал мистер Энтвисл следующий вопрос.

И опять в тоне мистера Пэррота послышались извиняющиеся нотки.

— Понимаете, судя по всему, здесь не может быть никаких сомнений — преступник использовал топор или что-то в этом роде. Очень кровавое преступление.

— Ограбление?

— Похоже на то. Окно было разбито, а по комнате разбросаны всякие побрякушки. Ящики тоже все выдвинуты, но полиция считает, что все это выглядит как-то… не по-настоящему, что ли.

— И когда это произошло?

— Сегодня, между двумя и половиной пятого пополудни.

— А где в это время была компаньонка?

— Меняла книги в библиотеке в Рединге. Она вернулась в пять часов и обнаружила миссис Ланскене мертвой. Полиция интересуется, не знаем ли мы, кто мог напасть на беднягу. Я ответил, — голос Джеймса дрожал от возмущения, — что считаю подобное происшествие совершенно невероятным.

— Вы абсолютно правы.

— Скорее всего, это был какой-нибудь местный полоумный придурок — который сначала решил, что у нее есть чем поживиться, а потом потерял над собой контроль и напал на женщину. Скорее всего, именно так, как вы считаете, мистер Энтвисл?

— Похоже, похоже, — машинально ответил адвокат.

Пэррот прав, сказал себе Энтвисл, все произошло так, как он и говорит.

И в этот момент он опять услышал голос Коры, беспечно произносящий:

«Но ведь его же убили, нет?»

Глупая Кора. Всегда была такой. Всегда лезла туда, где и ангелу-то страшно ступить… Резала правду-матку прямо в глаза. Правду!

Опять это проклятое слово…

Мистер Энтвисл и инспектор Мортон оценивающе рассматривали друг друга.

В своей всегдашней аккуратной и точной манере Энтвисл поведал полицейскому все важные факты, касавшиеся Коры Ланскене. Воспитание, свадьба, вдовство, финансовое положение, родственники…

— Мистер Тимоти Эбернети — ее единственный оставшийся в живых брат и ближайший родственник, но он почти инвалид и ведет весьма уединенный образ жизни. Своего дома он практически не покидает и поэтому уполномочил действовать меня как своего представителя и организовать все, что необходимо.

Инспектор кивнул. Ему было приятно, что придется иметь дело с этим ушлым пожилым адвокатом, — более того, он надеялся, что тот сможет оказать ему какое-то содействие в раскрытии этого дела, которое выглядело все более и более запутанным.

— Со слов мисс Гилкрист, — сказал он, — я понял, что за день до своей смерти миссис Ланскене ездила на север для участия в похоронах своего старшего брата?

— Именно так, инспектор. Я сам там присутствовал.

— А в ее поведении не было ничего необычного — странного или тревожного?

Мистер Энтвисл приподнял брови, мастерски симулируя удивление:

— А что, в поведении человека, которого вот-вот убьют, обычно появляется что-то необычное?

Мортон с сожалением улыбнулся:

— Поверьте мне, я не думаю, что она была «прорицательницей» и у нее были какие-то предчувствия. Нет, я просто пытаюсь нащупать что-то… я бы сказал, что-то, выходящее за рамки обычного.

— Боюсь, что я не совсем понимаю вас, инспектор, — ответил юрист.

— Это не такой уж простой случай, сэр. Давайте представим, что некто ожидает около дома, пока мисс Гилкрист выйдет из него около двух часов дня и отправится в деревню на автобусную остановку. Потом этот некто намеренно берет топор-дровокол, лежащий в дровяном сарае, разбивает им кухонное окно, влезает в дом, поднимается на второй этаж и нападает на миссис Ланскене. Причем нападает с особой жестокостью — наносит ей не то шесть, не то восемь ударов. — Мистер Энтвисл невольно вздрогнул. — Вот именно — преступление, само по себе очень кровавое. После чего этот некто выдвигает несколько ящиков, хватает несколько безделушек стоимостью не более десяти шиллингов и исчезает.

— Она была в кровати?

— Да. Накануне она очень поздно ввернулась с севера, была измучена физически и сильно возбуждена морально. Как я понимаю, она получила какое-то наследство?

— Да.