— Ну да. Люди ведь так о себе беспокоятся! Я не говорю, что они будут думать, что эта Гилкрист бросится на них с топором, — но в глубине души многие будут этого опасаться. Народ сейчас очень мнителен.
— Странно, что тебе в голову пришли такие мысли, Джордж. Как ты вообще мог над этим задуматься?
— Ты забываешь, что я юрист, — сухо заметил молодой человек. — А это значит, что я хорошо знаком с людскими заморочками. Я просто хочу сказать, что мы должны что-то сделать для этой женщины, дать ей какие-то деньги, или как-то поддержать, или найти работу в офисе, если она способна что-то делать… У меня такое чувство, что мы не должны бросать ее.
— Можешь не беспокоиться, — произнесла миссис Бэнкс с иронией. — Я уже обо всем позаботилась. Она теперь работает у Тимоти и Мод.
Было видно, что Джордж удивлен.
— А ты уверена, что это правильно, Сьюзан?
— В тот момент ничего лучшего мне в голову не пришло.
Кроссфилд с любопытством взглянул на свою кузину:
— А ты самоуверенная девушка, Сьюзан, а? Ты знаешь, что делаешь, и ни о чем никогда не жалеешь.
— Жалеть — это значит даром тратить время, — заметила молодая женщина беззаботным тоном.
Майкл Шайн перебросил письмо через стол Розамунде.
— И что ты по этому поводу думаешь?
— Думаю, что нам стоит съездить, — отозвалась та. — А ты?
— Может быть, ты и права, — задумчиво произнес Майкл.
— Там могут быть какие-то драгоценности… Конечно, все вещи в доме довольно безобразны… Все эти чучела птиц и восковые цветы — ужас!
— Да. Смахивает на мавзолей. Знаешь, а я хотел бы сделать пару зарисовок, особенно в гостиной. Например, камин и этот очень старый диван необычной формы. Они здорово подойдут к «Успеху баронета», если мы решим возобновить эту пьесу. — Шайн встал и посмотрел на часы. — Кстати, мне пора идти на встречу с Розенхаймом. Не жди меня рано сегодня. У меня обед с Оскаром — мы должны обсудить этот опцион и то, как он состыкуется с предложением от американцев.
— Душка Оскар! Ему наверняка будет приятно увидеться с тобой после такого перерыва, — заметила Розамунда. — Передай ему от меня привет.
Майкл резко взглянул на жену. Улыбка исчезла с его лица, и он стал похож на насторожившегося хищника.
— Что ты имеешь в виду — «после такого перерыва»? Можно подумать, что мы не встречались уже много месяцев.
— А разве не так? — тихо спросила миссис Шайн.
— Конечно, нет. У нас был ланч всего неделю назад.
— Как странно! Он, должно быть, забыл об этом. Вчера он позвонил и сказал, что не видел тебя со дня премьеры «Тилли едет на Восток».
— Старый идиот, должно быть, совсем сбрендил, — рассмеялся Майкл.
— Ты считаешь меня полной дурой, Мик? — спросила его супруга без всяких эмоций, широко раскрыв свои голубые глаза.
— Конечно, нет, милая, — запротестовал Шайн.
— Нет, считаешь. Но я еще не совсем выжила из ума. В тот день с Оскаром ты не встречался. И я даже знаю, где ты был.
— Розамунда, милая, что ты имеешь в виду?
— То, что я знаю, где ты был в действительности.
На приятном лице Майкла появилось выражение неуверенности. Жена смотрела на него безмятежно и невозмутимо.
«В какое замешательство может привести такой пустой взгляд!» — подумал вдруг молодой актер.
— Не знаю, что ты хочешь этим сказать… — попытался он еще раз переубедить супругу, но без большого успеха.
— Я хочу сказать, что глупо, когда ты так много лжешь мне.
— Послушай, Розамунда…
Майкл уже начал заводиться, но замолчал, пораженный, когда его жена мягко сказала:
— Мы ведь хотим получить опцион и поставить эту пьесу, правда?
— Хотим? Да это роль, о которой я мечтал всю жизнь!
— Вот именно. Именно это я и имела в виду.
— Что именно?
— Я хочу сказать, что пьеса стоит кучу денег, правильно? Не слишком ли мы рискуем?
— Конечно, я знаю, что это твои деньги, — медленно сказал мужчина. — Если ты не хочешь рисковать…
— Это
— Послушай, дорогая, эта роль Айлин — ее придется почти полностью переписать.
— Не думаю, — улыбнулась женщина. — Я хочу ее сыграть в том виде, в котором она есть, милый.
— Девочка моя, — Майкл был потрясен. — Что это на тебя нашло?
— Ничего.
— Да нет, не так. Ты изменилась за последнее время — стала нервной, все время в плохом настроении… Что произошло?
— Ничего. Просто надо вести себя поосторожнее, Мик.
— Поосторожнее? Это в каком смысле? Я всегда осторожен.
— Мне так не кажется. Ты уверен, что тебе в любом случае удастся вывернуться и что все поверят тому, чему ты хочешь, чтобы они верили. Но с Оскаром в тот день ты совершил ошибку.
Шайн покраснел от злости.
— А ты бы лучше за собой следила. Сказала, что идешь с Джанет по магазинам… Это же вранье — Джанет уже несколько недель в Америке!
— Да, — согласилась Розамунда. — Это было глупо с моей стороны. В действительности я просто гуляла — в Риджентс-парке.
