Какой после всего этого мог быть аппетит? К счастью, у нее была работа и время отвлечься. И да, Аня поела днем, хоть вкуса еды и не чувствовала. И поужинала тоже. Нет смысла морить себя голодом. Как это ни цинично звучит, но будет она есть или не будет, не имеет значения. Все уже потрачено на нее, значит, у нее это вычтут.
Он, ее бывший муж, просто опутывал ее всем этим как паутиной. Хотелось зажмуриться и заплакать.
Не дождется.
Сейчас она смотрела в окно. Уже темнело, но глаза привыкли, она пыталась разглядеть высокую стену, скрытую за деревьями, и ворота, через которые ее привезли сюда утром. Ворот было двое, внутренний двор, внешний…
А темнело быстро, очень скоро все залило чернильной чернотой.
И вдруг эту темноту разрезал яркий свет фар. Кажется, перед наружными воротами остановилась машина.
Арсений поехал в тот дом, хотел убедиться лично. Можно было поручить все проверенным людям, кто с ним уже не один год, и не светиться самому. Тем более что ему это не выгодно сейчас. Но Демидов помнил простую истину: хочешь, чтобы было сделано хорошо, сделай это сам.
Это не раз помогало ему в делах, еще когда он только начинал. А однажды спасло жизнь. Потому что люди склонны предавать, даже самые близкие и преданные. Поэтому он давно уже доверял не тем людям, что на него работают, а своему звериному чутью.
За которое его так ненавидели конкуренты, потому что он безошибочно чуял, где выгода. А если кто-то вставал на его пути, беспощадно расправлялся. Методы могли быть разные, это жестокий мир. Сейчас его самого загнали в обстоятельства.
А он не терпел, когда приходилось жертвовать чем-то даже для достижения выгоды, к которой планомерно стремился. Говоря проще, Арсений Демидов никогда не отдавал своего, и если шел на какую-то игру, то все отыгрывал. Так или иначе. В этот раз игра оказалась жестче, чем обычно, и затрагивала слишком личное.
Это вызывало ярость глубоко внутри. Ярость зверя, у которого отняли самку. Жажда увидеть кровавые ошметки бизнеса врага была такой сильной, что застилала глаза. Однако он никак не показал этого и сделал встречный ход.
Уже стемнело, когда он подъехал.
Остановился у ворот, но внутрь заезжать не стал. Люди его сопровождения встали поодаль, перекрывая подъездные пути. Демидов заглушил мотор и вышел из машины. Первое, что сделал, обвел взглядом высокий забор, окружавший территорию. В глубине был виден дом, интуитивно он нашел взглядом нужное окно. За ним метнулась тень и исчезла.
Мужчина не изменился в лице, лишь едва заметно дернулась щека.
Этот дом был приобретен через две сделки, которые достаточно громко освещались. И потом еще несколько раз была тайно проведена перепродажа через доверенных лиц, каждого из которых Демидов мог в любой момент взять за горло. Документы по последней сделке хранились у него в личном сейфе, и конечный покупатель и владелец дома был известен только ему.
От размышлений его отвлек звук. Открылась калитка, к нему уже спешил управляющий, Демидов обернулся. Управляющий склонился перед ним и стал докладывать.
Все. Во всех деталях. О женщине, которую он поместил в этот дом.
Демидов смотрел перед собой и слушал молча. В лице не одной эмоции, словно все, что здесь говорилось, ему было совершенно безразлично.
Когда тот закончил, Демидов не сразу ответил, образовалась тяжелая пауза. Управляющий несколько мгновений переминался с ноги на ногу, потом решился спросить:
- Арсений Васильевич, будут еще какие-то дополнительные указания?
И тут Демидов перевел на него взгляд.
Он давно уже привык к тому, что люди усираются и начинают мямлить, когда он смотрит им в глаза. Его прямой взгляд выдерживали и не отводили глаза немногие, по пальцам можно было перечесть.
Сейчас он проговорил, почти не разжимая губ:
- Нет. Продолжайте.
Бросил короткий взгляд на дом, потом развернулся, сел в машину и уехал.
***
Когда увидела те фары на дороге, Аня думала, что это может быть ее бывший муж. Ибо, какой еще таинственный гость может пожаловать сюда ночью. Столько всего перевернулось в душе. А в какой-то момент ей даже показалось, что он смотрит на нее.
Сердце мгновенно подскочило к горлу. Неужели он… будет требовать долг натурой?! Протест взвился факелом. Она сразу же метнулась вбок. Отошла от окна и застыла посреди комнаты, сжимая кулаки и дрожа от дикого выплеска эмоций.
Однако ничего не произошло. Был слышен только отдаленный шум отъезжающих машин, потом все стихло. Она не знала, что думать и чувствовать.
***
На следующий день Демидов встречался с новым партнером в своем офисе. Прохоров, его будущий тесть, сидел напротив, а он был непроницаем и невозмутим. Разговор шел о делах, эмоции были неуместны.
Однако Прохоров внезапно перевел тему и коснулся личного.
- Слышал про твою бывшую жену.
У него взревело все внутри, но это никак не отразилось внешне, только едва заметно дрогнул на щеке мускул. А будущий тесть решил копнуть глубже.
- Ты ведь ее отдельно поселил? — а у самого взгляд просто воняет издевкой и желанием его продавить.