После развода. Первая жена полностью

Аня ждала этого с самого утра, и все равно было неприятно, заставляло ее внутренне сжаться и собрать все силы, чтобы не измениться в лице. А экономка уставилась на нее цепким взглядом.

- Добрый день, — Аня непринужденно поздоровалась первой.

Простая вежливость, в конце концов, они все тут выполняют одно дело, какая разница, кто тут заключенный, а кто тюремщик. Женщина чопорно кивнула.

- Надеюсь, что добрый, — проскрипела и застыла, вперившись в нее странным шарящим взглядом.

Это разглядывание стало действовать на нервы.

- Что-то случилось, Валентина Альбертовна? – спросила Аня.

И тут экономка наконец отмерла, в глазах блеснуло затаенное торжество, она сложила руки перед собой и проговорила:

- Да как сказать. Это вам судить, Анна Александровна.

И пауза.

Нет, Аня не стала спрашивать первой. Чему она точно научилась за то время, что ей «посчастливилось» побывать замужем за Демидовым, так это не показывать эмоций и выжидать. Ибо нет смысла демонстрировать свою слабость перед теми, кто только посмеется над ней.

Когда-то, в самом начале, она пыталась протестовать и требовать, чтобы ее отпустили. У господина Демидова только проскочила жесткая усмешка, а потом он сказал:

- Запомни. Ты моя жена, твое место здесь. И выйдешь ты отсюда, только когда я сочту нужным.

О да, Аня задохнулась от шока, у нее просто слов не было. А он подошел к ней и произнес, касаясь большим пальцем ее щеки:

- Поняла? Отлично. Чем меньше говоришь, тем меньше проблем.

Взгляд у него был давящий и властный. Как будто он хотел пригнуть ее к земле, но Аня ни за что не смогла бы заставить себя отвести взгляд. Тогда в его глазах что-то изменилось, как будто вспыхнули звериные огоньки. Крупная смуглая рука двинулась вдоль ее лица, палец коснулся губ, оттягивая уголок. Потом медленно, словно во сне, рука спустилась ниже, невесомо поглаживая шею, и несильно сжалась.

Это было немного жутко и неожиданно горячо. Он сглотнул и хрипло выдохнул:

- А пока наслаждайся.

В тот момент Аня поняла, что нужно сдерживаться и выжидать, иначе зверь сожрет ее однажды.

Теперь она здесь.

Но лучше не стало, зверь по-прежнему может до нее добраться.

В глазах экономки отразилось легкое разочарование, видимо, ей надоело ждать.

- Невеста господина Демидова прибыла в его дом. А через несколько месяцев будет свадьба, — проговорила это и застыла, изучая ее с садистской улыбкой.

Что эта женщина искала в ее лице? Признаки ревности, боли? Аня и так об этом знала, бывший муж не поленился, и сам оповестил ее о своих планах. Так какие могут быть эмоции? Было просто неприятно, что она вынуждена во всем этом участвовать.

- Я рада за господина Демидова и желаю им с его невестой счастья, - сказала она ровно.

Торжествующая улыбка экономки медленно угасла, уголки рта поползли вниз. В конце концов, та сухо обронила:

- Вы должны подготовить два букета. Красные розы и белые анемоны.

Аня поморщилась.

- Они не сочетаются.

- Они и не должны сочетаться, — проговорила экономка. – Просто сделайте два букета. В одном красные розы, в другом белые анемоны. Все необходимое для этого вам принесут сейчас.

Развернулась и пошла к выходу, у самой двери обернулась:

- Кстати, ваш заказ доставлен.

Быстро. Однако времени дивиться оперативности службы доставки у Ани времени не было. В ее комнату стали заносить коробки с цветами.

***

Уже целый час Арсений водил дочь Прохорова по дому. На ее усиленные попытки вовлечь его в разговор только снисходительно улыбался уголком рта. Ситуация бесила его страшно, эта женщина вызывала отторжение. Однако он сдерживался. Пока.

А Марина разглядывала все, отпускала бестолковые комментарии и вдруг, когда проходили мимо двери его кабинета, резво метнулась туда. Прямо как по заказу.

- Ммм? – протянула. - Это твой кабинет, да?

И не дожидаясь ответа, бесцеремонно толкнула дверь и сунулась туда. Демидов и тут сдержался. Вошел следом, а она уже устремилась к его столу, тыча пальцем в букет анемонов: