Недалеко от дома. Оставалось, наверное, минут десять, он уже предвкушал, как воспримет цветы Марина. Отхлестает его ими по роже? Или…
Это были хорошие мысли, они помогали отвлечься, выдохнуть горечь. Почувствовать себя живым, а не выпотрошенным морально.
Неожиданно у перекрестка на дорогу перед ним выскочила молоденькая мамаша с коляской. Дурища! Дмитрий еле успел вырулить. А там ледок, машину понесло юзом, он врезался в столб. Передок в хлам.
К нему кинулись его ребята, вытаскивать, а эта молодая мамаша так и застыла в ступоре на перекрестке. Он выругался матом, высунулся и рявкнул:
- Дура! Коляску убери с дороги, пока никто не сбил!
Потом, конечно, прострелило болью. Но все равно. Он хотел, чтобы Марина получила эти цветы. Пока его грузили в другую машину, чтобы везти в травматологию, приказал начбезу:
- В машине розы. Отнесите в мой дом. Пусть передадут Марине Колесовой. И мои извинения, что лично не смог прийти.
***
Вот сейчас Марина действительно злилась. Отхлестать бы его по самодовольной физиономии этими розами! Но цветы были ни при чем.
- Хорошо, поставьте в вазу, — мотнула она головой.
- Да, конечно, — тихо проворила горничная.
А она просто не выдержала:
- В какой он больнице?! Что с ним? Я могу его увидеть?!
И да, черт бы его побрал, этого черта, Марина поехала к нему. По дороге узнала от начбеза все (или почти все), волосы дыбом встали. Торопилась.
Чтобы увидеть, как он довольно скалится:
- Понравились цветы?
Честное слово, если бы он не был на больничной койке…
Он смотрел на нее жадно и жарко, губы кривились улыбкой. Так что на мгновение зрение сделалось тоннельным, и она видела только его глаза, в которых тлели какие-то звериные огоньки.
В себя помог прийти запах лекарств, витавший в палате. Рядом с его койкой штатив от капельницы. А ведь ему, наверное, сейчас больно, мелькнула мысль. И тут же утонула. Ибо нефиг. Наверняка уже вкололи обезболивающее и неизвестно еще что там.
- Вижу, вы уже прекрасно себя чувствуете, — проговорила Марина.
Развернулась и пошла к выходу.
Вслед ей несся его тихий смех. Хотелось закатить глаза, но она не обернулась.
***
Пришла. Сама к нему. Сама!
Дмитрий проводил ее взглядом, а потом глазами показал начбезу: «Головой за нее отвечаешь». Мужик кивнул, ему не надо было объяснять, и сразу вышел за ней следом. А он откинулся на подушки, чувствуя дикий прилив энергии.
Да ради этого… он бы хоть десять раз еще готов был загреметь в больничку.
Но к нему уже вошел врач, пришлось отвлечься.
***
Выйдя из палаты, Марина остановилась. Ярцев, конечно, бесил ее страшно, но она не могла уйти просто так. Следом за ней в больничный коридор вышел начальник его безопасности. Она повернулась к мужчине и спросила:
- Вы сказали, было столкновение. С кем он столкнулся, были еще жертвы?
Это важно.
- Не совсем так, Марина Сергеевна.
Мужчина взглянул на нее из-под бровей, а она все пыталась вспомнить, как его зовут. Ведь он же представлялся, а у нее начисто вылетело из головы. Ужасно непрофессионально! Она всегда с первого раза запоминала имена всех, с кем вела переговоры. А тут мозги совсем поплавились… Даже тут Дмитрий Ярцев влиял на нее отрицательно.
Однако она наконец вспомнила имя этого мужика!
Прокашлялась и начала:
- Вы, кажется, говорили, Виталий… не помню вашего отчества, простите.
- Алексеевич, — ровно сказал тот. – Как такового столкновения не было, Дмитрий Александрович вовремя среагировал и успел отвернуть в сторону. Но сам пострадал, врезался в столб.
Так он Робин Гуд, блин?
- Да? – прокашлялась она снова. – А что же было?
- Просто девушка с коляской в неположенном месте переходила дорогу. А там гололед.
Марина внезапно похолодела. Как представила, что там могло быть, чуть дурно не стало. Это же такое потрясение, а там ребенок. Она выпалила:
- А что с девушкой? Что с ребенком? Вы их видели после этого?
- Не волнуйтесь, Марина Сергеевна, Дмитрий Александрович распорядился. С ней остался наш человек, мониторит.
- Я бы хотела убедиться.
- Да, конечно, — ответил мужчина просто. - Идите за мной.
***
Молодая женщина была в приемном покое, ей мерили давление. Коляска с ребенком обнаружилась рядом. Женщина как увидела ее, занервничала.
- Вы… — глаза испуганные, губы задрожали.
- Вы в порядке? – спросила Марина.
- Да, я - да.
- А ребенок?
- Да, — молодая мать робко улыбнулась, покосившись на коляску. – Малышка в порядке.
- Можно, я посмотрю?
- Д-да, — мать неуверенно повела плечом.
В коляске была чудная полугодовалая лялька, вся в розовом, пухлые щечки. Ребенок мирно спал и во сне чмокал. Внезапное облегчение, что все хорошо…
- А вы… жена? — спросила молодая женщина.
Марина опомнилась.
- Я, кхм. Нет, просто знакомая.
- Я думала, вы будете иск предъявлять, — выдохнула та. – Машина такая дорогая…
- Упокойтесь, — сказала Марина.– Никто не будет предъявлять иск. Лучше позаботьтесь о ребенке и больше так не делайте.
